— Теперь да. Я думала, что есть тридцатипроцентный шанс, что ты притащишь меня сюда, чтобы столкнуть.

— А сейчас?

— Примерно шесть процентов.

Элиза издала резкий смешок. — Мило.

В конце концов мы переходим к сигарете. Она курит гвоздику, которую я люблю за вкус, но могу терпеть только в небольших дозах, пока не загорится горло. К тому времени, когда обед заканчивается и пора возвращаться, я решаю, что она мне нравится.

— Ты подойдешь, — объявляю я.

Элиза наклоняет голову и смотрит на меня, забавляясь. — Как?

— Как друг. Мы будем друзьями.

Это вызывает у меня волну смеха. Закрыв за нами дверь, она ведет меня прочь от старой часовни, все еще хихикая про себя.

— Для меня это большая честь, — говорит она, но я думаю, что это лишь наполовину сарказм. — Хотя я должна предупредить тебя — я очень плохо на тебя влияю.

— Давай, ты, плохая сучка.

Мы снова начинаем хихикать, и я понимаю, что на самом деле у меня хорошее настроение. В школе. В католической школе. И как только эта мысль появляется, я получаю сообщение с незнакомого номера.

НЕИЗВЕСТНЫЙ: Узнал твое имя. И твой номер. Фенн передает привет. — ЭрДжей

Я не знаю, смеяться или проклинать. Поэтому я делаю и то, и другое.

Элиза с любопытством оглядывается.

— Парень? — спрашивает она.

— Симпатичный преследователь.

— Да? — Она смотрит на мой экран.

— Насколько симпатичный?

— Намного больше, чем он имеет на это право, — ворчу я.

И его настойчивость делает его еще более привлекательным. Он определенно получает очки за усилия найти меня, даже если это немного жутковато. Мне нужно поговорить с Фенном о том, как давать мой номер телефона случайным незнакомцам.

Я: Скажи Фенну, чтобы спал с одним открытым глазом.

ЭРДЖЕЙ: Я обманом вытащил это из него. Его единственный грех — простота.

Я: А твой — быть ходячим красным флажком.

— Это что-то или…? — спрашивает Элиза, читая через мое плечо.

— Я еще не решила. — То есть, решила. Конечно, решила. Я уже решила, что в этом году не буду больше ввязываться в хреновую мальчишескую драму.

Но переписка — это не свидание.

ЭРДЖЕЙ: Ты могла бы сказать мне, чтобы я удалил твой номер.

Я: Ты мог бы доказать свою преданность и затаить дыхание, пока я не позову.

ЭРДЖЕЙ: Наше место, сегодня после ужина? Я принесу десерт.

Я: Ты имеешь в виду мое место.

ЭРДЖЕЙ: Я приду в любое место, которое тебе понравится.

Элиза фыркает. — Он так старается. Но я готова поспорить, что он занимается оральным сексом.

— Ага, хорошо. Мы даже не знаем этого парня. Давайте притормозим.

Я: Держись подальше от меня.

Этот парень думает, что он умный. Что он будет изматывать меня своим обаянием и флиртом до тех пор, пока я не вспомню, почему оставила его в лесу с косяком. И, возможно, прежняя я бы на это купилась.

Но новая я отказывается поддаваться на флирт и красивое лицо.

ГЛАВА 11

ЭРДЖЕЙ

По вторникам мы занимаемся утомительными физическими упражнениями. Сегодня учитель физкультуры заставил нас заниматься в закрытом бассейне, делая круги. Если выбирать между часом здесь и двумя милями пота на дорожке на улице, когда я чувствую, что моя кожа вот-вот расплавится, то я не так уж и против.

— Кто-нибудь из вас не умеет плавать? — спрашивает учитель, кусая свисток краем рта, когда мы все стоим в шортах у края бассейна.

Один пакостный, веснушчатый ребенок поднимает руку. Учитель берет с полки на стене громоздкий неопреновый жилет и бросает ему.

— Вот. Ты можешь по-собачьи грести на бортике.

Он говорит нам называть его Брек. Я не знаю, это имя, фамилия или скорее состояние души. Но он выглядит менее заинтересованным в том, чтобы находиться здесь, чем все мы. Я предполагаю, что он сорока с лишним лет, бывший олимпийский чемпион, который после того, как вылетев из школы первого дивизиона и пробыв в реабилитационном центре, обратился за услугой, чтобы получить эту работу, и теперь сожалеет о своих пороках, которые привели его сюда, чтобы нянчиться с кучкой богатых хулиганов.

— Остальные будут выполнять эстафету на 200-метров вольным стилем, а затем спринт на 50 метров. По четыре на дорожку. Построиться. — Его свисток кричит в пустоте пещерного здания.

Я не представляю, насколько это далеко, пока первые пловцы не оказываются в воде, проплывая туда и обратно. По четыре круга каждый. Я немного устаю, наблюдая за ними, и решаю занять позицию якоря на своей дорожке. Мне нужно немного настроить себя на это. Не то чтобы я не занимался спортом — я бегаю, поднимаю тяжести, — но плавание — это совсем другое дело, когда ты должен следить за дыханием и двигать всем телом по воде.