Читаем Несвятая троица полностью

Проснулся я как-то сразу. Сел и некоторое время пытался привести мысли в порядок, оглядываясь по сторонам. Это оказалось не так просто – не каждый день попадаешь на другую планету. Основной вопрос – что делать? – постоянно вертелся у меня в голове, а вот ответа на него я пока придумать не мог. Ладно, сделаем то, что необходимо в данный момент, там посмотрим…

Огромная оранжевая луна ушла за гору. Восток начал светлеть (ведь если там солнце встает – значит, восток?). Я выбрался из-под одеяла и осмотрелся. Небольшая поляна, покрытая, на первый взгляд, вполне земной травой. Какие-то кусты, дальше деревья, с восточной стороны, метрах в тридцати над нами, нависал утес… Один-единственный вагон, изрядно помятый, поставленный на попа, оперся на несколько высоких деревьев, похожих на сосны. Звезды начали бледнеть и исчезать, темно-синее небо медленно становилось голубым. Зеленоватый серп малой луны по-прежнему висел почти в зените. Занятно… Если бы не эти луны, можно было бы сказать, что мы на земле. Ночью было тепло, чем не румынская весна?

Вчера вечером, после катастрофы невероятно раскалывалась голова. Мы все-таки отыскали в вагоне несколько одеял, хотелось закутаться в них и завалиться спать. Но не тут-то было. Ира потребовала найти воды, потом какое-то время вертелась, везде ей мерещились то жуки, то змеи, то светящиеся в темноте глаза. Мне пришлось разжечь костер и, засыпая, отвечать на дурацкие Иркины вопросы. В конце концов, я рыкнул на нее, заставил хлебнуть из моей фляжки, и она затихла. Я некоторое время изображал из себя часового, но потом все же отключился.

Теперь предстояло решить, как быть дальше. Мои коллеги тихо сопели, прижавшись друг к другу. Я пока решил их не будить, а осмотреться по сторонам. Хотелось пить, и кое-что противоположное. Медленно обойдя поляну на предмет опасностей и не заметив таковых, я попытался понять, где другие вагоны? Кроме нашего, ни одного не наблюдалось. Тем не менее… Наверху над поляной нависала скала: у меня возникло впечатление, что наш вагон грохнулся как раз оттуда. Может остальные там?

Когда мы искали одеяла, я никого не заметил в вагоне, но стоило поискать тщательнее – вдруг все-таки выжил кто-то еще? Впрочем, помнится, когда мы садились в поезд в Бухаресте, вагон был практически пуст.

Облегчившись, я побродил по окрестностям. Нашел небольшой ручеек, на запах и вкус вода как вода. Умылся. Больше ничего не привлекло моего внимания – обычный лес в горной долине. Деревья были странными, но такими же они мне казались и в Крыму, когда я первый раз туда приехал. Катастрофа случилась минут через сорок после того, как мы выехали из Бухареста. Гор еще не было. Впрочем, и так понятно, что мы не в Румынии…

Кто-то зашевелился на поляне. Проснулись, братцы-кролики…

Вадик сел на одеялах, растирая виски и глаза, примерно тем же занималась и Ирина. Как и я, спали они в одежде, и видок у них был не краше моего.

– Доброе утро… Если оно доброе.

Вадик что-то буркнул, поднялся и поспешил в ближайшие кусты. Ира, сидя в одеялах, пыталась открыть глаза. Ранку чуть повыше виска я ей вчера заклеил пластырем из найденной аптечки. Практично, но не очень удачно с точки зрения эстетики. Взглянув на меня, она отыскала у себя зеркальце и осмотрела свою физиономию.

– Боже мой… – пробормотала девушка, потыкав пальцем в пластырь.

– Главное – жива, – ответил я, усмехнувшись. – Доброе утро.

– Доброе? – прорычала она, оглядевшись по сторонам. – Здесь где-то можно умыться?

– Можно… Мне показалось, что пора брать на себя командование, иначе коллектив расклеится и сделать что-либо путное будет сложно. Побурчав, во мне проснулся давно дремлющий сержант разведроты войск дяди Васи. – Значит так. Десять минут на приведение себя в порядок, потом мозговой штурм – обсуждаем ситуацию и принимаемся за решение проблем. Женский туалет – в тех кустах, – я показал себе за спину. – А там течет ручей, в нем можно умыться. Но воду из него пить не надо, хрен знает, какие бактерии там живут.

– Может, у меня что-то со зрением, но туалета я там не вижу, – пробурчала Ира, резвенько поковыляв в указанном направлении. Спустя минуту появился Вадим.

– Мы где?

Я почувствовал, что начинаю тихонько звереть.

– В Караганде! Не нарывайся на другую рифму! Откуда я знаю, блин. Думаешь, пока вы тут дрыхли, я отыскал компьютер с местным гугль-мапом? Собери одеяла в кучу. Сейчас все обсудим.

Вернулась Ира, села на одеяло, обняв колени и устремив на меня взгляд, выражение которого я затруднился расшифровать.

– Что делать будем?

Вадик тоже сел.

– Все чувствуют себя хорошо? – поинтересовался я. – Есть какие-либо болячки, неприятные ощущения?

– Просто прекрасно, – хмыкнула Ира. Но посмотрев на выражение моего лица, чуть сбавила тон: – Все в порядке… Немного голова болит. Ногу порезала вчера, но не критично.

– У меня что-то с глазами, – пробурчал Вадим. – Какие-то полосы разноцветные… А так вроде все о’кей.

– С глазами? – Я подошел к нему и взглянул в его зрачки. Вроде одинаковые. – Головой не бился?