Читаем Нерусская Русь полностью

Завоевана Прибалтика? И превращена в какой-то причудливый немецкий заповедник. Для всех в России это казалось настолько естественным, само собой разумеющимся делом, что только в XXI веке А. Широкорад задал простейший вопрос: почему за сто пятьдесят лет так и не была русифицирована Прибалтика?[11] До него даже вопрос никто не задавал – все считали, что Прибалтика и должна быть эдаким причудливым осколком исторической Германии.

Во-вторых, сама политическая элита России формировалась как компрадорская.

Слово «компрадорская» от португальского слова comprador, то есть покупатель. Так называли сперва прислугу, которую португальцы в колониях отправляли на местные рынки покупать продукты – ведь эта прислуга знала языки и местные условия. Потом компрадорами стали называть местных дельцов, посредничающих между иностранным колонизаторами и национальным рынком своей страны[12].

Компрадорская буржуазия, компрадорские марионеточные власти вписали самые черные страницы в историю колониализма. Фактически компрадорами были не только китайские купцы, ставшие холуями португальцев, а потом англичан. Компрадорами были и индусские раджи, посаженные на престолы англичанами; ими были и африканские царьки, за стеклянные бусы и за ром продававшие собственных подданных европейским работорговцам.

Так и на Руси постоянно властвует совершенно компрадорская элита.

Компрадорская система состоит в том, что богатства приобретаются в одной стране, но гарантами этого «прибретения» становятся иноземцы. А если даже иноземцы становятся не нужны, все равно богатства, полученные в стране, хранятся и потребляются в другой. Компрадор не связывает свою собственную судьбу ни с судьбой остального народа, ни с процветанием «своего» государства. В сущности, ему все чужие: и внешние силы, на которых он работает, и «свои» – он на них паразитирует и фактически их предает.

Компрадорские суверенные монархи – это и звучит как-то дико. Но, даже становясь независимыми, русские великие князья XIV–XV веков никак не могли избавиться от осознания себя представителями и порученцами, эдакими доверенными слугами ханов Золотой Орды.

Внук Александра Невского, Иван I Калита, получил прозвище по имени большого кошелька-калиты, который неизменно носил на поясе. Калита уже не просто служил монголам, а играл самостоятельную игру. Он сам собирал дань и на этом сказочно обогатился. Он – почти что суверенный владыка Руси, но в его действиях ясно видны обычные черты компрадоров: его богатство никак не связано с процветанием общества или с подъемом экономики, он откровенно жирует на фоне нищеты, равнодушен к обществу, в котором живет и которое как будто возглавляет. Он получает именно на московской Руси свои колоссальные доходы, но получает он их благодаря внешним силам: поддержке золотоордынцев, хранению и «прокручиванию» денег в Новгороде, вложениям в «пирамиду власти» Орды и в экономику Пскова и германских торговых городов Прибалтики.

С Калиты на Руси формируется экономическая и политическая элита, в поведении которой компрадорский элемент ненормально, непропорционально силен. Пока все только в зародыше, но настанет день, и появится слой дворян, опреляющих себя скорее как французские эмигранты, чем как элита русского общества. Они так и будут говорить: «Народ и дворянство». Политическая элита Российской империи осознавала себя не частью народа, а некими представителями Европы в колоссальной Российской империи. Они будут жадно хватать чины и привилегии, добьются просто неправдоподобной власти над остальным народом – вплоть до права ссылать в Сибирь, пороть на конюшнях, продавать своих крепостных, собирать крепостные гаремы и вершить частные суды[13].

Императора Петра III, который попытается хоть немного обуздать их, они убьют. Другого императора, Павла I Петровича, они заставят поддерживать явно невыгодную для России систему торговли с Британией, а когда он попытается навести порядок, его тоже убьют[14].

Эта психология порождала не просто проевропейскую политику, а политику прямого подчинения России интересам Европы.

Во время Семилетней войны 1756–1763 годов Россия наголову разгромила сильнейшее государство Германии – Пруссию.

Русская армия вступила в Берлин, Восточная Пруссия со своей столицей Кенигсбергом присягнула на верность Российской империи. Кстати, в числе присягнувших и знаменитый Иммануил Кант. Русская армия вступила в Берлин, она контролирует большую часть территории Пруссии…

А потом Россия все отдает! Сама добровольно возвращает! Причина проста: 5 января 1762 года на российский престол уселся Петр III и спас от поражения и Пруссию, и своего кумира Фридриха!

Сам Фридрих Прусский, туповатый солдафон на троне, до конца своих дней называл это «чудом Бранденбургского дома» и искренне верил, что Господь спас Пруссию и его лично, дабы сделать орудием своей воли в истории.