Читаем Непрочитанные письма полностью

— На плановую цифру суточной добычи вы, конечно, выйдете. Но только за счет напряга. А «курсом на новые месторождения» просто зароете в землю сотни миллионов.

— Тут есть перегибы, есть просчеты. И о них мы говорим открыто и принципиально. У нас пленум проходил после съезда. Не читал материалы?

— Читал.

— Богомяков резко критиковал эту манеру — рапортовать о вводе новых месторождений, а там, как были две разведочные скважины, так и остались.

— Боюсь, что вы сами толкнули их на такие рапорты.

— Знаешь ли!.. Ты отдавай себе отчет.

— Отдаю, Васильич, отдаю.

Через три месяца после нашего разговора, в самом конце лета, когда я мучился над этими строчками, сын прислал мне письмо, а в нем огромную, на два газетных номера, свою заметку в районной газете о мытарствах Ловинки, Ловинского месторождения. Вот только одна главка из этой печальной статьи.

«В этом году на Ловинском месторождении планировалось получить 121 тысячу тонн нефти. К нынешнему дню (дата выхода газеты: 26 июля 1986 года. — Ю. К.), за три месяца работы, добыто менее 8 тысяч тонн. Наверное, ни у кого не возникает сомнений, что о годовом плане можно говорить только в прошедшем времени. Он был составлен с учетом планируемой работы УБР на Ловинке, и потому НГДУ «Урайнефть» пришлось обратиться в объединение «Красноленинскнефтегаз» с просьбой откорректировать план с учетом фактической работы буровиков.

Недобор нефти на Ловинке смогут покрыть другие, старые месторождения. Но каково им приходится? На Ловинке выключена из работы армия техники, заморожены материалы — все это в начале нынешнего года было оторвано (и будет оторвано до ноября-декабря) от действующих месторождений.

И вот что думается: если старые месторождения — пиджак, а Ловинка — всего лишь пуговица, хотя и привлекательная, и если все это пришили наоборот, то есть не пуговицу к пиджаку, а пиджак к пуговице, то не следует ли побеспокоиться здравому смыслу и холодному расчету? Не пора ли остудить разгоряченные рукоплесканиями ладошки прохладным металлом микрокалькуляторов и подсчитать, во сколько обойдутся «штурмы» и «покорения» новых месторождений при повторении удалых наскоков «а ля Ловинка»?

Эх, Ловинка, Ловинка, золотая ты наша азбука в период всеобщей тяги к экономической грамотности...»

— Есть у нас один резерв, — сказал Китаев. — Оптимизация организации и управления. Тут мы записку в Совмин подготовили. Хочешь — погляди.

То были две с половиной толково и плотно написанные странички, суть которых сводилась вот к чему. За двенадцатую пятилетку буровики Тюмени должны будут пробурить 115 — 120 миллионов метров — вдвое больше, чем в предыдущей пятилетке. При существующей структуре буровых подразделений эту задачу решить невозможно. Необходимо создать специализированные буровые объединения, в которые бы входили два-три мощных УБР, управление разведочного бурения, вышкомонтажники, тампонажники, спецстройуправление по отсыпке кустов и внутрипромысловых дорог, строительное управление по обустройству. Такие объединения будут работать по договору с добывающими объединениями, сдавать им скважины, полностью подготовленные к эксплуатации. Специализированное объединение позволило бы собрать в кулак инженерно-технологические силы, наладить серьезную проработку месторождения, вести грамотную технологическую политику.

— С этого ты бы и начинал, Васильич, — сказал я.

— Положим, начал ты. С Тобольска.

— Это же страшно интересно! Но ты знаешь, что мне в голову в связи с запиской твоей пришло? Что это всего лишь часть необходимой перестройки. Что вся производственно-организационная структура региона должна стать иной. И что властвовать над регионом должны не главки, которые не столько властвуют, сколько разделяют, а межведомственный комитет. Что обком…

Тут я запнулся.

— Ты уж договаривай до конца, — проворчал Китаев.

— Помнишь, на съезде говорилось, что необходимо перейти к экономическим методам руководства на всех уровнях народного хозяйства. И еще говорилось о том, что партийные комитеты не должны подменять хозяйственные органы...

— Помню, конечно.

— А я помню еще, что, когда ты заведовал отделом нефти и газа, вы с Геной Петелиным до ночи тут были на связи с УБР да НГДУ, какие-то жуткие сводки составляли. Да и сейчас, наверное, когда за эту суточную добычу деретесь, покоя от вас ни одному телефону в области нет.

— К чему ты клонишь?

— Как было на съезде сказано? Партия формулирует главные задачи в социально-экономической и духовной областях жизни. Главные! А повседневной экономической работой должны быть заняты экономические органы управления...