Читаем Непобедимый Боло полностью

Снова вспомнился брат Джаму, вспомнилась семья, потерянные дети. Вспомнил он и тех, кто смеялся над ним, над его ожиданием этого дня.

На мгновение глаза его закрылись.

— Пусть они живут, пусть все они живут! — взмолился он.

— Цель по курсу, пять градусов вправо! — закричал Джамак.

Вздрогнув, Драк открыл глаза и навел пушку.

Дисплей показал захват. Он увидел вспышку и понял, что она означает. Нажав на кнопку пуска, он ощутил толчок отдачи, заряд рванулся по стволу, ускоряясь до сорока тысяч футов в секунду и более, и тут мир вокруг Драка ослепительно вспыхнул и сразу погас.

Шерман оседлал холм. Долина под ним купалась в огне разрывов.

Перевалив через вершину, Шерман вдруг почувствовал страх. Это ощущение было частью его программы выживания. Мгновенно вычислил шансы, временные промежутки и их соотношения. Бронемашина, появившаяся перед ним, имела один ионно-плазменный заряд. Сенсоры Шермана чувствовали, что заряд в камере раскручен на полную мощность, видели открытое дуло. Ствол пушки начал движение в его сторону, выходя на линию прямой наводки.

Шерман представлял собой цель, находящуюся под углом в одиннадцать градусов. Он знал, что умелый оператор оружия может с такой позиции поразить уязвимое место между гусеницей и юбкой боковой брони. С такого расстояния заряд может проникнуть достаточно глубоко для полного разрушения и даже уничтожения Боло.

В его мире микросекунд всё механическое движение казалось ужасающе медленным. Ствол врага продвигался на миллиметр, его собственный продвигался тоже на миллиметр. Он рассчитывал и пересчитывал, он знал, что должен стрелять.

Его снаряд направился к врагу, и он зарегистрировал вспышку света, понесшуюся к нему от мелконской машины за миллисекунды до того, как его снаряд нанес отклоняющий удар по противнику.

Враг выстрелил раньше. Шерман сосредоточился. Он уже не успевал использовать пушку Гатлинга для рассеивания заряда и попытался сосредоточить энергию на внутреннем щите, чтобы отвести основной удар от жизненно важных областей своего организма.

Удар пришелся на переднюю броню, в полуметре от борта. Заряд частично прожег броню, отслоив её. Механическая сила воздействия была такова, что вздрогнули все восемнадцать тысяч тонн его массы. Он почувствовал боль, настолько реальную, что можно было подумать, он состоит из плоти и крови. Разрушительная энергия проникала в него, ослабевая и рассеиваясь, но не дошла до критических узлов.

Ужас исчез, когда приданные Боло эквиваленты человеческих ощущений убедились, что рана не смертельна. Её могла быстро залечить команда хороших техников.

Каких техников?

Выжил. Выживу и далее. Миссия еще не окончена. Он повернулся, подставляя противнику лобовую броню, хотя и знал, что этот выстрел был единственным. Проверив системы оружия на борту, ближнем к точке попадания, он повёл направляющими ракетной установки и покатил к дымящемуся броневику.

— Джамак, Джамак!

Преодолевая боль, Драк ковырялся в дымящихся и горящих развалинах машины. Ещё одна причина его предубеждения против механизированных частей. Смерть в огне здесь была наиболее обычным видом расставания с жизнью.

Ему посчастливилось найти и освободить Джамака из металлической паутины. Сердце друга пока ещё билось под окровавленной одеждой. Он с трудом вытащил Джамака через верхний люк, который сейчас был настолько близок к почве, что Драк даже опасался, сможет ли он протиснуться.

Он оттащил друга подальше, только теперь заметив, что шерсть на его руках дымится. Не обращая внимания на боль, он погасил тлеющую шерсть Джамака, затем сбил занимающееся пламя со своей.

— Драк?

— Я здесь, Джамак.

Он подполз к другу.

— Ты попал в него?

— Не знаю.

— Пять машин потерял точно так же... Шестая... — шептал Джамак. — На последней получил Звёздную медаль.

— Получишь еще одну, я позабочусь.

Джамак улыбнулся и попытался сесть.

— Осторожно, не напрягайся, — тихо сказал Драк.

Вокруг них в радиусе более километра дымились пни деревьев и грунт. В отдалении бушевал лесной пожар, удушливый дым стлался вокруг и поднимался к равнодушному небу.

Драк услышал треск разбросанных древесных стволов под гигантскими гусеницами и увидел сквозь дым громадный силуэт. На него надвигался Боло Марк XXXIII по имени Шерман.

— Мы прикончили его, Драк?

— Да, мы его прикончили.

— Значит, мы выиграли войну.

Драк поудобнее устроил голову Джамака и прикрыл его глаза, чтобы дать другу умереть, веря в победу.

Шерман остановился. Броневик не нуждался в последнем выстреле. Добивать было нечего. Неплохая победа над достойным соперником. И тут он обнаружил двоих. Стволы гатлингов мгновенно зафиксировали обоих.

Общий приказ номер тридцать девять был в силе. Два мелконских солдата в войне, где понятие «военнопленный» было давно забыто.

Боло просканировал свою добычу подробнее. Несмотря на отсутствие руки и шрамы на лице, один из них был опознан как генерал Драк-на-Драк, разрушитель миров, последний командующий мелконским имперским флотом.

Шерман наблюдал, готовый разнести его в клочки при первом же движении. Но Драк не двигался.