Читаем Немезида полностью

Ответ он получил сразу, как только вышел из вагончика. Детишки огромными удивленными глазами глядели, как, опершись о фаркоп автоприцепа, Харри блюет на бурую траву. Потом он закашлялся, и его вывернуло еще пару раз. Он вытер губы тыльной стороной ладони и, повернувшись, увидел Симона, который улыбался широкой улыбкой, будто считал, что лучше всего начинать новый день именно с процедуры освобождения желудка от выпитого накануне.

– Ты поешь чего-нибудь, мой друг?

Харри сглотнул слюну и кивнул.

Симон дал Харри свой помятый костюм – пиджак с широким воротником и брюки – и солнцезащитные очки с огромными стеклами. Они сели в «мерседес» и поехали по Финнмарк-гате. На площади Карла Бернера они остановились на красный свет. Симон опустил стекло и крикнул что-то мужчине, стоявшему перед входом в магазинчик и курившему сигару. У Харри возникло слабое ощущение, будто раньше он его где-то видел. По опыту он знал, что в таких случаях чаще всего речь идет о человеке с судимостью. Мужчина рассмеялся и тоже что-то крикнул в ответ, но слов Харри разобрать не удалось.

– Знакомый? – спросил он.

– Осведомитель, – сказал Симон.

– Осведомитель, – повторил Харри и увидел полицейский автомобиль, остановившийся в ожидании зеленого света по другую сторону перекрестка.

Симон повернул на запад в направлении Уллеволской больницы.

– Скажи мне, – произнес Харри, – а что это за осведомитель у Расколя в Москве, который может выследить человека в двадцатимиллионном городе… – он щелкнул пальцами, – вот так запросто? Это русская мафия?

Симон рассмеялся:

– Может, и так, если не выйти на более компетентных людей.

– КГБ?

– Если мне не изменяет память, такой организации больше не существует. – Симон засмеялся еще громче.

– Специалист по России из нашей Службы безопасности говорит, что там по-прежнему всем заправляют бывшие кагэбэшники.

Симон пожал плечами:

– Службы службами, а услуги услугами, мой друг. Ну и ответные услуги. Вот о чем речь, понимаешь.

– А я думал, речь о деньгах.

– Так я об этом и говорю, мой друг.

Харри вышел на Соргенфри-гате, а Симон отправился дальше – у него «кое-какие делишки образовались на Сагене, понимаешь».

Харри внимательно оглядел улицу. Мимо прокатил автофургон. Он попросил Тесс, кареглазую девчушку, которая разбудила его утром, сбегать на Тёйен за «Дагбладет» и «Верденс Ганг», однако ни в одной из газет не сообщалось о том, что он объявлен в розыск. Но он все равно нигде не мог появиться: или он сильно ошибался, или каждый полицейский экипаж располагал его фотографией.

Харри торопливо подошел к воротам, вставил ключ Расколя в замочную скважину и повернул его. Он постарался ничем не нарушить стоявшую в подъезде тишину. Перед дверью Астрид Монсен лежала газета. Войдя в квартиру Анны, он осторожно закрыл за собой дверь и перевел дыхание.

«Не думать о том, что тебе надо здесь найти».

В квартире стоял затхлый запах. Он прошел в гостиную. Там ничего не изменилось с тех пор, как он был тут в последний раз. В окно лился свет, высвечивая три портрета, в лучах солнца плавали пылинки. Он остановился, разглядывая картины. Искаженные лица странным образом кого-то напоминали. Он подошел к картинам и кончиками пальцев провел по сгусткам масляной краски на холстах. Если они что-то и сказали ему, он этого не понял.

Харри отправился на кухню.

Там воняло грязной посудой и прогорклым жиром. Он открыл окно и проверил десертные тарелки и столовые приборы в мойке. Их сполоснули, но не помыли. Он ткнул вилкой в засохшие остатки еды, отковырнул маленький кусочек и отправил его в рот. Японе-чили.

За большой кастрюлей он обнаружил два бокала для вина. На донышке одного из них остался тонкий красный осадок, в другой вроде бы ничего не наливали. Харри понюхал, но ничего, кроме запаха теплого стекла, не учуял. Рядом с бокалами стояли два обычных стакана. Он взял кухонное полотенце, чтобы посмотреть их на свет, не оставляя отпечатков пальцев. Один был совершенно чист, а в другом он обнаружил какой-то вязкий налет. Он поскреб ногтем и приложил палец к губам. Сахар. С привкусом кофе. Кола? Харри закрыл глаза. Вино и кола? Нет. Один пил воду и вино. А другой – только колу, и винный бокал оказался ненужным. Он обернул стакан полотенцем и положил его в карман пиджака. По наитию он зашел в ванную, снял крышку с бачка унитаза и провел рукой по его задней стенке. Ничего.

Он вышел на улицу, с запада надвигались облака, ветер крепчал. Харри закусил губу. Потом решился и зашагал на Вибес-гате.

Харри сразу узнал молодого человека за прилавком слесарной мастерской.

– Добрый день, я из полиции, – сказал Харри, надеясь, что парень не попросит показать удостоверение, которое осталось в пиджаке на вилле Албу в Слемдале.

Парень отложил в сторону газету:

– Я знаю.

На миг Харри охватила паника.

– Я помню, ты заходил за ключом. – парень широко улыбнулся. – Я всех клиентов помню.

Харри кашлянул:

– Ну, я-то не клиент.

– Как?

– Ключ не мой был. Но дело не в этом…

– Да я точно помню, – прервал его парень. – Это был универсальный ключ, разве не так?