Читаем Некама полностью

В Термезе их обокрали прямо на вокзале. Обоих. Деньги и документы Ашер всегда носил при себе во внутреннем кармане пиджака, а сверху — пальто. Лея носила свои документы и деньги в кармане кофты, зашпиленной булавкой. А тут протолкались через толпу на вокзале (Ашер предпочитал поезда, чтобы не светить лишний раз фальшивые паспорта) и вышли на площадь — Лея с расстегнутой булавкой, майор без верхней пуговицы пальто. И оба без денег и документов. Ну вот как?! И что теперь делать? Таким злым вечно веселого майора Лея еще не видела.

— Приехали! Говорили же мне, что тут осторожней надо, контрабандисты, воры — граница рядом! — Кто ему это говорил, было непонятно, по дороге в Узбекистан они ни с кем не общались. — Теперь придется в Бухару ехать, тут у меня концов нет. А как ехать? Будем голосовать.

Лея сначала не поняла, что такое «голосовать», но сообразила, что это то же самое, что «ловить тремп», добираться автостопом. Здесь, правда, машины останавливались совсем не так охотно, как в Галилее, но у кибуцных школьников была хорошо отработанная система: когда бледный от злости Ашер в очередной раз посылал проклятья не остановившемуся автомобилю, Лея отодвинула его в сторону, расстегнула пальто, чтобы очертить фигурку и расслабленно чуть приподняла руку. Через пару минут затормозил грузовик, водитель которого был немного разочарован наличием у красотки спутника, но деваться некуда: Ашер, не спрашивая, залез в кабину первым, так что у смуглого круглолицего узбека не было возможности даже невинно поприжиматься своим бедром к девичьему бедру. А от бедра майора он никаких положительных эмоций не испытывал.

Вот так на перекладных добрались до Бухары, потом долго шли по пыльным улицам, изнывая от жары, чемоданы оттягивали руки, пальто норовили соскочить со сгиба локтя — жарко! Какое там пальто! — Лея сразу натерла туфлями ногу и, прикусив губу от боли, пыталась не заплакать, не сесть прямо посреди дороги, зовя маму. Все же она была солдатом, хоть и не в форме и не на территории своего государства. Положение обязывало.

Наконец добрались до какого-то ювелирного магазина в центре города, дождались директора, с которым Ашер надолго уединился. Добрая продавщица Тамара, причитая над незадачливой гостьей, отыскала пластырь, заклеила болячку, стало полегче. Девочки заварили чай, принесли каленые в золе абрикосовые косточки и какие-то маленькие сладкие конфетки. Лея потихоньку начала успокаиваться. Великое дело — чай!

— Здесь посиди! — хмуро сказал майор Зингер, выйдя из кабинета с маленьким толстеньким узбеком, которого даже не представил. Видно, ситуация и впрямь была серьезной.

Через пару часов девушка уже больше не могла ни пить чай, ни есть конфетки с мягкой лепешкой, бесконечно бегала в туалет — хоть магазин и был ювелирным, да и стоял в центре города, но туалет был на улице, не набегаешься. Ох уж этот зеленый узбекский чай!

К вечеру вернулся директор (Эммануэль Захарович, с уважением объяснили продавщицы), буркнул Лее: «Скоро придет, подожди пока!» — и отправился к себе в кабинет. Все драгоценности магазина Лея уже пересмотрела, обнаружила, что полностью равнодушна к золоту-бриллиантам, даже сережки не померяла, которые ей девочки рекомендовали, отговорилась, мол, уши не проколоты. Впрочем, они и правда были не проколоты.

Наконец появился Ашер, уже повеселевший, сунул Лее банковскую пачку пятидесятирублевок и паспорт: Нурмухаметова Мадина Рустамовна.

— Господи! — изумилась она. — Это кто ж запомнит-то такое?! С фотографии на нее смотрела отдаленно напоминающая ее женщина. Нет, похожа, похожа. Только имя надо выучить побыстрее.

— Надо запомнить! — однозначно сказал Ашер. — Я ж не жалуюсь, что я теперь Анвар Бахтиярович Халимов. Запоминай, Мадина, любимая племянница Анвара! — и захохотал свои дурацким смехом. Слава богу, все вернулось на круги своя, смеется, обнял ее, и совсем не дружески обнял!

— А теперь, свет очей моих, о, бриллиант в короне израильской армии, — продолжал ерничать майор. — Отправляемся мы с тобой с самого юга страны на самый ее север, на Северный Урал! Похоже, — добавил он уже серьезно, — что наш клиент ищет пути перехода через границу… Уж больно он в опасной близости от других стран шляется. Вот только что ему на Урале-то понадобилось, а? Ну выясним, мы всегда все выясняем…

— Откуда ты все это знаешь? — не выдержала Лея-Мадина.

— Хорошие люди помогли, подсказали, хорошие люди везде есть, — смеялся Ашер-Анвар.

СЕНТЯБРЬ 1951, БАД-НАУХАЙМ, ЗЕМЛЯ ГЕССЕН, БОЛЬНИЦА КИРКВАЛЬД