Читаем Небратья полностью

Спецназовцы выскочили из машины, разбежались, отыскивая укрытия. Капитан схватил охающую женщину, потащил за машину.

– Не верю, – пробурчал Скоропад, выбираясь из груды кирпичей. – Здесь обязательно должен быть проезд. Хлопцы, я проверю, сейчас вернусь. Держитесь!

Бойцы залегли. Кабанов ворочался в кустах. Воронец скатился в канаву и возмущался, что она оказалась глубже, чем он предполагал. Антон свалился под колеса джипа, приготовился к стрельбе.

Ситуация дикая! Российский спецназ в чужой стране, в заштатном городке, за тысячу верст от линии фронта, где народ не чувствовал на себе никакой войны! Только не попасться – иначе конец, раструбят по всему миру!

Погоня отстала, но опять набирала обороты. Первая машина уже выезжала на пустырь. Антон закричал, что не стоит стрелять на поражение. Дескать, попробуем отогнать эту публику.

Спецназовцы ударили из всех стволов. Пули замолотили по капоту микроавтобуса, взрывали землю под колесами. Водитель резко затормозил, включил заднюю скорость. Первая машина убралась за изгиб проезжей части, а вторая даже не показалась.

Кричали люди. Антону было видно, как они выскакивают из машины, залегают, откатываются. Кто-то начал стрелять – слава богу, в «молоко». Еще одна пуля угодила в задний бампер застывшего «Форда», и он отвалился окончательно. В полумгле, бледно обрисованной лунным светом, перебежали несколько человек, залегли, открыли беспорядочный огонь.

– Командир, что делать? – выкрикнул Кабанов. – Мы их только пугаем, а они на поражение лупят!

«Будут давить, не остановятся, – лихорадочно соображал Антон. – Их больше, они дурные. Обязательно пойдут в обход. Тогда у нас будут потери. Нужно выбираться отсюда».

Решение родилось как-то спонтанно. У капитана даже не было времени толком обдумать его.

– Григорий, за руль! – проорал он. – Продерни машину вперед, метра на два-три, как уж сможешь, чтобы задница не маячила.

В этот трудный час Григорий неплохо соображал. Он откатился к водительской дверце, вскарабкался в салон.

Рита вовремя отползла из-под колес. Иначе джип раздавил бы ее.

Внедорожник проехал несколько метров и уткнулся в гору кирпичей. Этого было достаточно. Теперь преследователи его не видели.

– Кабанов, прикрывай, чтобы не лезли! Воронец, ко мне!

Роман уже выкатился из траншеи, забросил автомат за спину, подбежал к машине.

Все правильно. Если в багажнике с первого акта лежит градоначальник Горбун, то в финале он обязательно должен выстрелить.

Господа офицеры вытащили неповоротливую полуобморочную тушу и просто сбросили ее под колеса. Градоначальник мычал, безумно вращал глазами. Какое счастье! Он был живее всех живых.

Антон извлек из глотки градоначальника кляп, и Горбун разразился надрывным кашлем. Капитану пришлось отхлестать его по щекам, чтобы привести в чувство.

– Не убивайте!.. – прохрипел Горбун.

– Не убьем, Василий Петрович, – пообещал Антон. – Если сделаете доброе дело. Прекратите вертеться, как пьяная балерина! Вырвемся – будете жить. Плохо, за решеткой или в больнице, но все-таки. Если нет – убиваем вас в первую очередь. Кричите своим подельникам, чтобы не стреляли, выпустили нас. Тогда мы обещаем, что просто выбросим вас на обочину. Договорились?

Это было какое-то безумие. Кричали люди, лаяли автоматные очереди. Кабанову из последних сил удавалось сдерживать напор противника.

Горбун извивался, обливался потом. Идея выйти в свет ему решительно не нравилась.

Антон не любил прикрываться живыми людьми, пусть и последней мразью. Но что ему еще оставалось делать? Он был в ответе не только за своих ребят, но и троих гражданских.

– Не стрелять! – прокричал Горденко. – Здесь глава администрации Горбун! Не стрелять!

Пальба оборвалась. Капитан вытащил из-за поворота обвисшего, обуянного страхом градоначальника. Пусть эти черти полюбуются. Установилась хрупкая недоуменная тишина. Горбун со свистом выпустил воздух. Антон уже торжествовал победу, видел, как они будут задним ходом пробираться мимо растерянных рож.

Простучала длинная автоматная очередь. Капитана она не зацепила, но не менее десятка пуль прошили Горбуна! Вот это да! Какое же скоропалительное решение принял автомат Калашникова! Горденко отдернулся как ошпаренный и повалился на землю.

Горбун, оставшийся без присмотра, накренился как подрубленный дуб. Повисли руки, он свалился на колени, немного покачался и грянулся носом оземь.

Просто замечательно! Они там что, белены объелись?

Возможно, тут и была какая-то логика. Капитан не удивился бы, узнав, что автомат находился в руках Дервича.

Антон быстро пристроился за мертвым телом. Пусть уж оно послужит ему бруствером.

– Командир, ты в порядке? – спросил Воронец откуда-то из темноты.

– Я в порядке, – проворчал Антон. – Просто удивился немного.

Снова разразилась свинцовая свистопляска. Такой веселой ночи этот городок не переживал, наверное, с марта сорок четвертого года, когда войска 305-й стрелковой дивизии 1-го Украинского фронта в упорных боях освобождали его от фашистских захватчиков. Но ничего, пришла пора через семьдесят лет еще раз освободить.