Читаем Небо в огне полностью

Он зажал таблетку во рту Джози и жестом показал мне: дай еще одну. И я дал. Через несколько секунд, она успокоилась.

Сахалия по-прежнему была без маски. Она плакала, лежа на полу между вторыми и третьим сиденьями.

Нико подошел и помог ей подняться.

— Я думала, что у нее, как и у меня, третья группа крови, — проговорила Сахалия.

Нико ответил что-то, что прозвучало как: “мы не знали”.

— А я думал, что у нее четвертая группа крови, — произнес я.

— Она говорила, что знает свою группу, — поведал нам Нико. — Она была уверена, что у нее третья.

Почему мы не знали точно? Я попытался вспомнить. Я предполагаю, когда мы все подверглись воздействию химических веществ, Джози там не было.

Нико кашлянул, и Сахалия обеспокоено поддалась вперед.

На внутренней стороне его воздушной маски была кровь.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ДИН

ДЕНЬ 12-ый

Я нащупал люк, цепляясь ногами за вмятины, оставленные давнопрошедшим градом.

Астрид заперла меня снаружи? Нет. Этого не может быть.

Мое сердце подскочило к горлу, а лицо покрылось холодным потом.

Кто-нибудь был здесь со мной наверху? НЕТ.

Ногой постучал по дверной раме. Пошарил пальцами.

Люк оказался открыт.

Просто погас свет.

И тут до меня дошло, какими глупыми мы были.

За две недели, проведенные нами в "Гринвее", мы отключили почти все осветительные приборы, чтобы экономить электроэнергию.

Мой младший брат Алекс — технический гений, разобрался, как работает мудреная панель управления солнечной электростанции магазина. Он локализовал освещение непосредственно на Кухне и в Поезде (нашей импровизированной спальне в дальнем углу магазина). Но последние (я не уверен) два или три часа освещение было включено на полную мощность.

И мы подключили к системе одновременно около тридцати очистители воздуха.

Мы вырубили электричество. Попросту говоря.

Я запечатал люк позади себя, и в кромешной тьме спустился вниз по лестнице.

Продвигаясь к двери, я обогнул окровавленную зону с трупами. Не хотелось бы свалиться на труп Робби.

Они звали меня. Астрид, Каролина и Генри завывали и плакали.

— Я здесь. Я в порядке! — откликнулся я.

— Где ты? — закричала Астрид.

— Я иду к вам, — крикнул я в ответ. — Где вы?

— Мы в Поезде!

Я привык бродить по магазину в темноте, но это оказалось по-другому. Раньше от Кухни или Поезда всегда шли отблески света. Сейчас весь магазин был угольно-черный.

Сначала я направился в автомобильный отдел. Я вспомнил, что там мы ухаживали за мистером Эпплтоном и Брейденом, и на полу остались какие-то фонарики.

Найдя налобный прожектор и два фонарика, я включил их.

Когда я подошел к Поезду поближе, Генри крикнул:

— Мы тебя видим!

— Мы видим, как подпрыгивают твои огоньки, — добавила Каролина.

— Мы взорвали систему, да? — произнесла Астрид.

По четкости ее голоса я понял: она сняла маску.

— Это безопасно? — спросил я, показывая на мою.

— Я не знаю, как наверху. Но здесь, внизу — все в порядке.

Протянув ей фонарик, я снял маску. На секунду сняв очки, я потер переносицу.

— Ох, Дин, — произнесла Астрид. — Твое лицо.

Может быть, она забыла, что у меня имелась парочка фингалов. Возможно, она также забыла, что ее парень (бывший парень, я надеюсь), Джейк, наградил меня ими.

Правда в том, что я заслужил их, хоть это и не заставляет меня преисполниться к Джейку благодарности. Он был красивым, популярным и обаятельным, но когда все пошло наперекосяк, он начал принимать наркотики из аптеки.

Затем, когда мы отправили его наружу, чтобы выяснить, работает ли больница, он сбежал. Астрид достойна лучшего.

— Питание отключилось, потому что мы израсходовали весь запас солнечной энергии, — произнес я.

Близнецы ахнули, и я поспешил их успокоить:

— Все хорошо, все нормально. У нас много батареек и фонариков, и даже несколько фонарей. С нами все будет хорошо.

— Как мы будем готовить? — спросил Генри.

— Есть довольно большой походный отдел, — ответил я. — Когда-нибудь готовили на походной печке? Это ужасно весело.

Вдруг раздался стон.

Астрид обернулась, и фонарик остановился на, поднимающейся и стягивающей с себя маску, фигуре Хлои.

Она потерла глаза и огляделась.

— Ребята, — грозно произнесла она, — почему я не в Денвере?

Хлоя и в хороший день была занозой в заднице, а это был плохой день для Хлои.

Она пришла в ярость.

— Я думала, что прямо сейчас окажусь в Денвере, прижимаясь к моей бабуле, а вы говорите, что забрали меня из автобуса СПЕЦИАЛЬНО?

Она действительно закатила феноменальную истерику, а мне было почему-то печально от того, что погасли огни. Хотелось бы увидеть ее раскрасневшееся, вопящее личико.

— Я должна быть на реактивном самолете, эвакурировающая на Аляску, а не застрявшая здесь с кучкой гринвеевских неудачников!

Сдается мне, вены на ее шее выступали наружу так, словно она была трехфутовым сержантом-инструктором.

Но, увы, я смог насладиться ее видом только единожды, когда она шагнула в луч света от фонарика близнецов.

Каролина и Генри не считали это забавным. Оба близнеца плакали, пытаясь уговорить Хлою прекратить кричать.

— Пожалуйста, Хлоя! Здесь лучше. Здесь безопаснее, и здесь не страшно, — молил Генри.