Читаем Небо над войной (СИ) полностью

- Он уже разрушен. И теперь мы не можем остановиться, - Мередит говорила медленно и вкрадчиво.

Айнон поморщился. Это ее было уже не остановить, она уже сжала зубы на горле, почувствовала вкус страха и крови, у нее остался лишь один путь, и это явно не “разжать челюсти”. Тевинтерец прикрыл глаза, в висках противно стучало в такт ее словам и тихому шепоту голоса в его сознании. Его запястье уверенно сжали, и он бросил быстрый взгляд на внимательно смотрящего на него Фенриса. В последнее время казалось, что Волчок точно знает, когда ему не по себе.

- Так что делать будем, Мередит? Сразимся здесь? - Орсино трагично взмахнул узкой кистью.

- Ступайте, подготовьте своих людей. Остальные люди ордена сейчас пересекают порт.

- Ничего еще не кончено! - Орсино ожег ее ненавидящим взглядом и направился вглубь Казематов, уводя своих магов.

Проводив Первого Чародея довольным взглядом, Мередит шагнула к своим людям, выпрямляясь и вежливым кашлем привлекая их внимание к себе. Храмовники суетливо выстроились в ровные ряды. Среди них можно было даже заметить Самсона. Рыцарь-командор обвела их внимательным взглядом и глубоко вдохнула. Айнон со смешком расслабился, ожидая великую речь от Мередит.

- Нам предстоит незавидная задача: войти в Казематы и уничтожить всех магов, которые будут внутри, - она изобразила сочувствие, которое, правда, быстро стерлось. - Вы должны сохранять твердость. Магия - это болезнь. Если кого-то пропустить, она расползется по миру, - ее лицо стало суровым, наполняясь каким-то странным фанатизмом. - Мы сделаем то, что должны. Смилуйся, Создатель, над их душами, - закончив настраивать своих храмовников на нужный лад, Мередит подошла к Хоук и ее компании. - Приготовьтесь к атаке, Защитница, - она наскоро их оглядела. - Дайте мне знать, когда будете готовы.

Что ж. Похоже, это был конец, вскоре все маги киркволлского Круга будут убиты. Разве он не должен быть счастлив? Одна его часть действительно была довольна, голодное чудовище внутри него, чей голос он уже давно не слышал, ликовало, предвкушая пир. Много-много вкусненьких магов, чье существование - сплошная ошибка. Другая холодно недоумевала, почему его должна волновать судьба магов? И он соглашался с ней, отмечая, что последнее время его вообще маги мало волнуют, не вызывая привычной ярости и жажды их всех убить. В его во все больше упорядоченном, управляемом логикой разуме теперь были совсем иные цели и желания. Для голодного чудовища, порожденного и управляемого чувствами, не осталось места.

Тем временем в поле его зрения попала усталая Хоук, и он сосредоточился на ней. Магесса обвела их тусклым взглядом, в котором больше не горело огня, только усталость и принятие неизбежного. За пять лет, что он провел в Киркволле, она сильно изменилась. Стала взрослее, тверже, грубее. Робкое дружелюбие сменилось властной уверенностью. Она больше не улыбалась теплой, неуверенной улыбкой, доверчиво заглядывая в глаза. Теплые сапфиры превратились в ледяное северное море. Движения утратили плавность, она плела заклятия, закрыв глаза, не прерываясь ни на миг, даже если вокруг взрывались камни и умирали люди. Она полюбила и убила свою любовь, спасла город и победила прошлое.

В ее прекрасные тридцать четыре года, серебряные нити извивались в черных кудряшках, серебряные нити тяжелого опыта и мучительной мудрости. Нити решений и потерь. Она носила доспехи, как платье, и плела заклинания вместо вышивки. Изящные руки огрубели от тяжелого посоха, которым она орудовала лучше чем вязальными спицами. Сапоги вместо туфель, битвы вместо танцев и горький запах крови вместо цветов. Слезы вместо бриллиантов, заклинания вместо брачных клятв и мертвецы вместо любимых. Всем этим была Мариан Хоук, закованная в траурные доспехи Защитника Киркволла.

- Я рада, что вы со мной, - Хоук вздохнула и опустила ресницы. - И мне бы хотелось каждому сказать кое-что, - она подняла на них синие глаза, красивые, как и пять лет назад, - неизвестно, как закончится день, так что я… - она внезапно замерла, зацепившись за что-то взглядом. - Простите, мне нужно кое-что сказать брату.

Она быстро зашагала в сторону Карвера, оставляя их недоуменно додумывать “что она”. Через мгновение от них отошел Себастьян, покачав головой и тихо что-то шепча. Похоже, церковник решил потратить время на молитвы, уж лучше на это, чем на проклятья. Айнон проводил его взглядом. Мгновением позже от них отделилась Авелин. Огненно-рыжая и прямая. Солнечная и не сломленная. Она не изменилась за эти годы, разве что смягчилась и подобрела. Разрушительный холод сменился теплом защиты. Как дракон, она сплетала свое гнездо и теперь была готова его защищать всеми силами.