Читаем Небо над войной (СИ) полностью

Порт встретил их мертвецами и скрюченной фигурой у статуи Защитницы на перекрестке. Хоук нерешительно замерла, но уже через мгновение вскинула подборок и побежала вперед. Фигура выпрямилась и обернулась, оказавшись магом. Увидев его, Мариан замерла и сделала инстинктивный шаг назад, глаза мага горели расплавленным серебром магии крови. Айнон и все остальные спутники Мариан замерли рядом с Хоук, и из теней вокруг стали подниматься призраки не меньше десятка, большим кольцом окружая их.

- Да вы издеваетесь! - Айнон возмущенно вскинул одну бровь, рассматривая, как призраки один за другим по цепочки вырастают из теней на земле. На одной их улиц возникло движение, и он резко обернулся туда. Из-за угла, тяжело ступая, появился демон гордыни, надвигаясь на них большой, голодной массой. - Вы издеваетесь? - Айнон вскинул обе, отступая назад.

В тот же миг маг крови атаковал их, и полуэльф бросил лезвия мимо призраков, метя в мага, управляющего всем этим, впрочем, он больше уже ничем не управлял. За спиной зашевелились соратники, разбредаясь по целям, мгновение спустя рядом с Айноном встал сосредоточенный Фенрис, нервно сжимающий рукоять двуручника. Мужчина ободряюще улыбнулся ему, и хмурая складка между бровей эльфа разгладилась. Они справятся, ведь они вместе.

Айнон мурлыкнул что-то веселое и крутанул ножи, падая в низкую стойку и пропуская Фенриса вперед, выигрывая себе пару мгновений на просчет тактики и возможностей, складывая опыт, навыки и предчувствия. Через пару ударов сердца он бросился вперед, отвлекая и не давая демону атаковать Волчка.

_____________________________

* Mage’s Pride.mp3 Tev. Translation, короче, вольный перевод с тевинского на английский с последующим вольным переводом на русский, но сойдемся, что Хоук поет на общем языке.

========== 96. Последняя капля ч.4 ==========

http://megalyrics.ru/lyric/fleur/my-nikoghda-nie-umriem.htm

________________________________

Хоук дрожащей рукой смахнула с лица пот. Двадцать призраков и демон гордыни, хотя последнего сильно измотали тевинтерцы, а им оставалось только добить его. И это только начало, впереди их ждут Казематы полные магов, демонов, храмовников и еще неизвестно каких сюрпризов. Она оглянулась на друзей. Мерриль привычно прижималась к бледной Изабелле, Варрик казался призраком самого себя, а понурая Авелин была похожа на покойника. Страшно было представить, на кого была похожа сама Хоук. Все уже были уставшими, и хотелось верить, что это последняя порция демонов перед Кругом.

Мариан шагнула к хихикающим тевинтерцам, вернее, хихикал один лишь Айнон, легкомысленно пристроившись на гигантской, будто ствол древнего дерева, ноге поверженного демона, но, зная Фенриса, тот как минимум улыбался, просто хорошо скрывал свои настоящие чувства, позволяя видеть их только убийце. Хоук вздохнула: в отсутствие Андерса она оказалась единственным магом, способным накладывать исцеляющие заклинания, так что всем придется потерпеть ее первые опыты на этом поприще. В конце концов, пока с ними был… он… ей не приходилось никого лечить.

Она присела и протянула сияющие синим огнем ладони к Фенрису, желая исцелить рану, но через миг ей пришлось закусить губу, настолько Айнон выглядел голоднее демона, пристально следя за ее манипуляциями. От его оценивающего внимания, с которым он контролировал ее действия, было страшно и как-то неловко, будто стоит ей ошибиться, и свою голову она уже никогда не найдет. Хотя ему и повода не надо было. Мариан с облегчением выдохнула пару минут спустя, все прошло хорошо, магесса бодро отдернула от недовольного эльфа руки, и через несколько секунд она уже лечила хмурого Себастьяна. Как жаль, что его не могли исцелить его же молитвы. Хоук поджала губы и сосредоточилась на лекарских заклятиях…

Спустя полчаса они уже торопливо шли к дальнему концу Порта, где располагалось множество лодок и магический паром, правда, последний остался на том берегу, когда на нем переправились “Псы Мередит”. К счастью, по дороге они не встретили ни демонов, ни храмовников, ни магов. Так что вскоре их маленькая армия уже плыла к древнему строению.

Хоук обернулась. Киркволл медленно горел, его пожирало пламя и отчаянье. Его пожирала война и нетерпимость, злоба, жестокость и слепая ярость. Небо над ним горело кровью. Она перевела взгляд на друзей. С их лиц стерлось любимое ей веселье, осталось лишь усталая решимость. Авелин, Варрик и даже Мерриль. Только Айнон неизменно улыбался, казалось, снисходительная улыбка не сошла бы с его лица, даже если бы рухнули небеса. Изабелла успокаивающе улыбнулась ей, и Мариан кивнула. Было так грустно понимать, что есть и ее вина в том, что они больше не улыбаются, что изменились они из-за нее и ее решений. Она отвернулась и непроизвольно поежилась. Впереди возвышалось мрачное здание Казематов, окутанное густой пеленой Тени.