Читаем Не верь полностью

— Спасибо, милая. — И он снова предпринял попытку погладить невестку по голове, но на этот раз не отдернул руку, а еще и прижался к стеклу лбом. — Мой единственный сын любил, крепко любил тебя. И сам бы справился с возникшей задачей, — ему, как любому отцу, хотелось хорошо думать про сына. — Он, конечно, совершил глупость, но иногда мне кажется, что его уже нет в живых, иначе не смог бы так долго держаться вдали от такой женщины и дочки. Поэтому слушайся меня, все в конце концов в нашей семье образуется. — Та учащенно закивала головой, доверяясь близкому человеку. — Леночка может позвонить до моего освобождения. Не спрашивай о ее местонахождении…

— Но я…

— Никаких «но». Если даже она сама назовет адрес — забудь его. Пусть я перестраховываюсь, но поверь, что так лучше.

Нельзя сказать, что Вера Сергеевна ушла со свидания удовлетворенной, но, подсознательно переложив ответственность за судьбу дочери на мужские плечи, почувствовала некоторое облегчение. В одиночку всегда труднее пережить горе, а Смуглова после короткой встречи с тестем одинокой себя уже не чувствовала.

Тридцатилетняя, полноватая, с простым лицом и добрым взглядом женщина с сочувствием взглянула на молоденькую парочку.

— Да вы пройдите в дом, перекусите. Наверняка устали с дороги и проголодались.

— Спасибо, мы не голодны, — отказался Шумилин. Известие о том, что Афанасий Тимурович Самсонов год назад продал дом и отбыл в неизвестном направлении, явно застало приезжих врасплох.

— Проходите, проходите, — потянула Леночку за рукав новая хозяйка дома. Смуглова посмотрела на парня, предоставляя ему возможность самому принимать решение.

— Он дружил с соседкой — Феклой Пантелеевной. Возможно, она знает новое место жительства Самсонова. Я сбегаю за ней.

После этого Виталик уже без уговоров шагнул на порог.

Готовила деревенская женщина просто великолепно: наваристый борщ, блины с густыми сливками, пахучий, сладкий, тягучий и очень вкусный вишневый компот.

— Из собственного сада ягода, — похвалилась гостеприимная хозяйка, разливая напиток в пол-литровые кружки.

— Садом пахнет, — отхлебнула Леночка.

— Вот и ладно. Вы проходите в зал, включайте телевизор, а я за соседкой. — Она взглянула на часы. — Муж должен с работы вернуться, так вы на него не обращайте внимания. Он у меня смирный.

И широко улыбнулась, видимо, по причине, понятной только ей…

— И где же твои гости?

В комнату энергично вошла женщина преклонного возраста, о чем свидетельствовало лицо. Походка же, голос говорили о противоположном. Худенькая, легкая, подвижная и веселая старушка. Она щелкнула выключателем. Виталий и Лена сидели на диване: голова парня свисала в сторону, а голова девушки пристроилась на его плече. Оба спали.

— Будить-то жалко. Прямо голубки, — засмотрелась она на чистые, молодые и красивые лица.

— Самой природой созданы друг для друга, — поддержала хозяйка. Они на цыпочках направились из комнаты. Но в это время вернулся хозяин с пятилетним сыном на плечах. Он хлопнул входной дверью и громко произнес:

— Встречай, женушка, мужское население этого жилища. — Улыбка застыла на лице, затем медленно сползла с него. Фекла Пантелеевна махала руками, а жена приложила палец к губам. — Что-то случилось? — спросил мужчина шепотом. А мальчонка только хлопал большими глазами с длинными ресницами. В проеме показались разбуженные гости с заспанными лицами.

— Ну вот, разбудил, — беззлобно упрекнула хозяйка.

— Мы не спали, — вставил Шумилин и смачно зевнул, опровергая собственные слова.

Гостей опять чуть ли не насильно усадили за стол. На селе люди всегда оставались простыми и добрыми. Казалось, никакие трудности не способны заглушить их душевность и приветливость. В больших городах кипела иная жизнь, чем несколько лет назад, а здесь продолжали сеять хлеб, растить скот, вскапывать огород, одним словом — жить своим трудом. Политикой практически не интересовались, о несметных богатствах не мечтали, лишь просили господа о дождике и тепле в нужное время. Точного адреса, куда переехал Самсонов, Фекла Пантелеевна не знала, назвала лишь районный центр в соседней области и то сомневалась в точности сведений.

— Старые люди становятся забывчивыми, — посетовала она на память.

От ночлега молодые отказались.

— Куда ж на ночь глядя-то? — всплеснула руками хозяйка.

— Ничего, мы привычные. Зато к утру на месте будем. Как говорится, благодарим за хлеб, соль.

Виталик даже поклонился, исполнив забытый его поколением обычай.

— Кем он вам хоть приходится? — поинтересовалась бабушка.

— Фронтовой друг моего деда, — сказала Леночка. — Мы обещали его найти.

— Если не найдете, еще заезжайте или позвоните. Афанасий Тимурович обещал мне написать.

Фекла Пантелеевна попросила у хозяев листок бумаги и карандаш, записала свой адрес и телефон. Молодые поблагодарили и направились к выходу. Разве могли они предположить, что утром почтальон принесет бабуле письмо от Самсонова.