Читаем Не верь полностью

Шумилин среагировал мгновенно. Он был вынужден откинуть девушку влево, а сам перекатился вправо. Острое лезвие рассекло воздух. Правда, Ибрагимов ощутимо пнул парня в солнечное сплетение. От невыносимой боли поплыло перед глазами и перехватило дыхание, но неотчетливые силуэты Виталик различал. Превозмогая резь в животе, он напряг мышцы и, как на тренировке, при помощи взмаха ног принял вертикальное положение. Руку скорее всего выставил наугад, но удачно, о чем свидетельствовал звук вспоротого рукава. Сталь лишь коснулась кожи и поцарапала ее, ощущение было, как после легкого ожога. Это сыграло и положительную роль — зрение прояснилось. Парень отклонил голову и внушительная кувалда Рамы лишь чуть чиркнула по кончику носа. За рукой Ибрагимова проследовало по инерции и его тело. Соперники столкнулись между собой. Парень воспользовался превосходством положения и вывернул кисть с ножом, почти одновременно с этим подсек второго. Затем откинул ногой нож в сторону (он зазвенел по лестничной площадке), развернул корпус, не выпуская кисти Венгра, перекинул его руку через плечо и швырнул через себя. Тот спиной опустился на бетонный пол, издав приглушенный стон. Рама стоял на четвереньках, подняться во весь рост Шумилин ему не позволил, а в партере ему на тренировках практически не было равных. Вскоре от удушающего приема Роман затих.

Леночка, вжавшись спиной в стену, испуганно наблюдала за схваткой.

— Уходим, — потянул ее за руку напарник, когда все закончилось. Они выбежали из подъезда, и Виталик узнал человека, сидящего за рулем «Волги». Внезапное появление спортсмена и замешательство, в котором пребывал Косолапый, сыграли решающую роль в очередной схватке, которой, собственно, и не было. Виталик дернул на себя водительскую дверцу и вытянул Верещагина за волосы из салона, пнув коленом в пах. Тот согнулся пополам. Затем снизу по лицу другим коленом парень выпрямил его. Косолапый стоял с открытым, окровавленным ртом, пытался поймать воздух, но тот упорно не желал поступать к нему в легкие. Кувырок через голову вернул дыхание, но отнял сознание. А автомобиль уносил с этого места совсем не тех, кого недавно сюда доставил.

Шумилин притормозил около телефона-автомата, и Леночка позвонила матери. Она предупредила ее, что поживет еще некоторое время у деда, и просила, чтобы она никому не говорила о ее местонахождении. Избавиться от машины они не спешили, уверенные, что пострадавшие не станут заявлять в милицию об угоне, но в связи с создавшимся положением и сами не имели возможности обратиться за помощью к правоохранительным органам. Понимали, что придется выкручиваться своими силами.

— Ты говорила Червонному, в какой школе учишься? — спросил Виталик. Он сидел за рулем, но еще не решил, в каком направлении ехать.

— Он не интересовался, — пожала плечами собеседница, — но это легко выяснить у Верки.

— Значит, они знают и твой домашний адрес, — заключил парень.

— Мама им не скажет, где меня искать, — уверенным тоном отозвалась Смуглова. Шумилин посмотрел в зеркало заднего вида и развернул автомобиль. — Мой дедушка живет в противоположной стороне, — заметила напарница.

— К Поликарпу Сидоровичу мы еще успеем, а сейчас навестим нашу общую знакомую.

— Верку?

— Ее, непутевую.

— Хочешь убедиться, что именно она навела на след?

— Теперь уже не играет большой роли, кто именно на нас вывел. А вот с документами на «Волгу» она нам помочь в состоянии, — поделился планами Виталик.

Силантьева пришла в изумление, увидев перед собой Смуглову и Шумилина. Но, справившись с волнением, намеревалась захлопнуть дверь перед носом.

— Вижу, не особо рада гостям, — подставил ногу парень и грудью втолкнул хозяйку в глубь прихожей.

— О вас справлялись, надеюсь, ничего серьезного?

— Пустяки, — отмахнулся посетитель. — Мы к тебе по другому вопросу.

Он взял Веру под локоть и провел в комнату, усадив ее насильно на диван. Сам опустился рядом. Лена прошла за ними и присела на стул.

— Я не хотела подводить вас, но врать им опасно, — попыталась оправдаться хозяйка, хотя этого от нее не требовали. Но парень ей по-прежнему нравился, и она испытывала некоторые угрызения совести.

Шумилин жестом показал, что извинения приняты.

— Не кори себя, мы понимаем. Нам нужны документы на автомобиль марки «Волга», — поведал он об основной цели своего визита.

— Есть чистый техпаспорт с печатями. — Хозяйка обрадовалась, что имеет возможность хоть как-то реабилитироваться. Каллиграфическим почерком она заполнила документ и с грустной улыбкой передала его Виталику. Силантьева догадывалась, что добиваться от него взаимных чувств у нее теперь вряд ли представится возможность. «Вероятнее всего, люди Гонтаря сотрут их с лица земли», — пронеслась мысль помимо воли. В глазах светилась жалость, но большего для несчастных, по ее мнению, она сделать не могла, да и побаивалась за собственную безопасность.

Сухо поблагодарив Силантьеву и сославшись на недостаток во времени, Шумилин двинулся к выходу. Его неизменная с некоторого времени тень — Лена Смуглова, держалась за спиной.