Читаем Не уходи полностью

— Войдите. — Будь он сам на месте Жильеса, даже самые изощренные пытки не заставили бы его выдать Лизетт. Но он, Дитер, любит эту девушку и дорожит ее жизнью куда больше, чем своей. А она из-за Жильеса и Кальдрона прокляла его.

Майор выругался сквозь зубы, когда часовой ввел в столовую Жильеса. В разбитых очках и с окровавленным лицом, учитель выглядел жалким, но глаза его дерзко сверкали.

— Сволочи! — крикнул Жильес, когда его, со связанными за спиной руками, бесцеремонно подтолкнули к стулу.

Велев часовому удалиться, майор с любопытством оглядел учителя. Когда-то он с ревностью размышлял о том, не влюблена ли Лизетт в этого Жильеса, но сейчас увидел, что это невозможно. В этом неприглядном французишке не было ничего привлекательного для женщин. Дитер достал из кармана пачку сигарет. Ему незачем дотошно расспрашивать пленника, поскольку сейчас получение информации не входит в его планы. Самое главное — сделать так, чтобы Поль Жильес не попал в руки гестапо и там под пытками не назвал имя Лизетт де Вальми.

— Кто твой связной в Сент-Мари-де-Пон? — угрожающим тоном осведомился Дитер.

Поль бросил на майора презрительный взгляд. Начался допрос вполне цивилизованно, но учитель знал, на какие зверства способны немцы.

— Напрасно теряете время. От меня никто ничего не услышит. Никогда.

Дитеру было известно, какие методы допроса применяют в гестапо, и он с жалостью посмотрел на Поля:

— Не валяй дурака и ответь на мой вопрос.

Поль только усмехнулся. Майор посмотрел на часы. Сейчас летчика уже подвозят к Кану. Очень скоро позвонят из гестапо и поинтересуются, где два арестованных француза.

— Зря ты так уверен, Жильес, что тебе не развяжут язык. Раскалывались люди и похрабрее. — Дитер подробно объяснил Полю, что его ожидает в Кане.

Он заметил, что в глазах учителя промелькнул страх, однако Поль повторил:

— Напрасно теряете время. Я ничего не скажу. Никогда.

— Твоей связной была Лизетт де Вальми, не так ли? — неожиданно спросил Дитер.

Поль замешкался на долю секунды, но Дитер заметил это и с ужасом осознал, что такая реакция не укроется и от гестаповцев. И тогда Поль сломается под пытками. Если он попадет в гестапо, там вытянут из него показания о Лизетт.

Внезапно зазвонил телефон. Дитер сразу понял, что это за звонок.

— Доброе утро, майор Мейер, — услышал он голос коменданта Кана. — Похоже, у нас не хватает двух пленных.

— Жильес и Кальдрон здесь, в Вальми.

— Допросами участников Сопротивления занимаются у нас, майор. Это вам ясно?

— Да, господин комендант.

— Тогда я жду их через час, майор.

На этом разговор закончился. Через несколько секунд Дитер набрал номер лейтенанта из охраны.

— Приведите ко мне Кальдрона, — сказал он и снова обратился к Полю: — Возможно, Кальдрон расскажет мне о связи мадемуазель де Вальми с Сопротивлением, этим он спасет свою шкуру.

В глазах Поля снова промелькнул страх, и это подсказало Дитеру, что именно Кальдрон, а не Жильес первым сломается на допросе. Значит, Кальдрон уж точно ни в коем случае не должен попасть в Кан.

Втолкнув в столовую хозяина кафе, конвоиры хотели увести Поля, но майор взмахнул рукой:

— Этого тоже оставьте, лейтенант Гальдер.

Отпустив конвой, Дитер взглянул на перепуганного Кальдрона:

— Расскажи мне об участии Лизетт де Вальми в Сопротивлении.

Андре с глупым видом уставился на него. Он ожидал вопросов о летчике, об адресах явок, но никак не о Лизетт.

— Не понимаю, о чем вы говорите, — пробормотал Андре.

— Уверен, что понимаешь, — спокойно проронил майор и прищурился. — И ты расскажешь мне все, если не хочешь попасть в Кан.

Над пухлой верхней губой Андре выступил пот, и Дитер понял, что этот расскажет. Ему стало не по себе. Он не хотел, чтобы его подозрения подтвердились. Пальцы майора задрожали, когда он прикуривал сигарету. Тем не менее придется все выяснить. Ради блага Лизетт необходимо знать, насколько она замешана во всем этом.

Дитер остановился в нескольких дюймах от покрытого испариной Кальдрона.

— Если хочешь получить свободу, рассказывай о Лизетт де Вальми.

За пять минут тучный, с бычьей шеей француз выболтал все. Бледный Поль Жильес то и дело осыпал своего сообщника непристойной бранью. Услышав крики, лейтенант Гальдер постучал в дверь и осведомился, не нужна ли его помощь, но Дитер поспешно ответил, что управится сам. Не хватало, чтобы лейтенант услышал от Кальдрона имя Лизетт.

— Я рассказал вам о ней все, что знаю, — закончил Андре. — Теперь я свободен?

Дитера охватило отвращение к нему. Этого ублюдка и пальцем не тронули, а он наговорил более чем достаточно для того, чтобы Лизетт уничтожили. Какой подлый трус!

— Сволочь! — с искаженным от ненависти лицом закричал Поль Жильес. — Ничтожество, трусливый негодяй!

— Расскажи мне про Элизу.

Заметив недоумение Кальдрона, Дитер перевел взгляд на Поля. Тот задыхался от ярости. Майор тотчас догадался, что Кальдрон ничего не знает про Элизу в отличие от Жильеса. Но у Дитера уже не было времени допрашивать учителя.