Читаем Не уходи полностью

Мелани растерялась, ибо считала, что английскую историю знают все. Она старалась идти в ногу с Домиником, который шел впереди родителей и Люси.

— Потому что он был французом, — наконец вымолвила она.

Доминик усмехнулся. Мелани была первой девчонкой, которая понравилась ему.

— Глупышка, он был нормандцем, — поправил ее Доминик. — Бежим вперед, Мел!

— Боже мой, ну почему они всегда все строили на холмах? — рассмеялась запыхавшаяся Анабел. — У меня пропал всякий интерес к средневековой архитектуре. Пожалуй, останусь здесь и поброжу по деревенской площади.

— Я тоже останусь, — сказала Лизетт.

Анабел покачала головой:

— Не надо, Лизетт. Я обещала Мелани, что ты расскажешь ей об истории замка. Встретимся у машины. А я, если повезет, выпью в кафе холодной минеральной воды.

Дружески улыбнувшись, Анабел помахала всем рукой и отправилась назад в поисках тени и холодных напитков.

— А что за история у этого замка? — Люк с полным равнодушием отнесся к уходу жены.

— В тысяча семьсот втором году Роберт, герцог Нормандский, возвращаясь в этот замок, влюбился в молодую девушку, которая стирала белье на деревенской улице. Девушку звали Арлет, и здесь, в Фалез, у них родился сын Вильгельм.

— А почему герцог был так уверен, что это его сын? — поинтересовался Люк, глядя в сторону, на главную башню замка.

— Наверное… наверное, он доверял ей, — пробормотала Лизетт.

Лучезарно улыбнувшись, Люк посмотрел на нее.

— Конечно. С мужчинами всегда так бывает. Они верят, что дети, которых они воспитывают, их кровь и плоть. А если девушка и обманула Роберта, он не единственный, кого обманывали таким образом, не так ли?

Лизетт остановилась. Она побледнела и выглядела испуганной, как затравленный зверь.

— Думаю, Анабел права, — неуверенно промолвила она. — Гораздо разумнее в такую жару посидеть в тени со стаканом холодной минеральной, чем бродить среди руин замка.

— Глупости, — возразил Люк, — Мелани сгорает от желания услышать историю герцога и Арлет. Теперь ты уже не можешь покинуть нас.

Грег шел чуть впереди, но внезапно остановился и огляделся, прикрыв ладонью глаза от солнца.

— А где Доминик и Мелани? Что-то я их не вижу.

Теперь уже все начали настороженно оглядываться. Люси собирала полевые цветы, но Доминика и Мелани нигде не было видно.

— А в замке безопасно? — спросил жену Грег.

— Не знаю. Наверное… но я не была там много лет…

— Вон они! — воскликнул Люк. — Какого дьявола они забрались туда?

Грег тихо выругался. Доминик с беспечным видом шагал по крепостной стене, а вспотевшая, радостная Мелани следовала за ним. Грег побежал к замку. За сына он не волновался, зная, что тот ловкий парень, но вряд ли и Мелани такая же.

Люк не выказал ни малейшего беспокойства. Обратившись к Лизетт, он спросил резким тоном:

— Черт побери, в чем дело?

— Ни в чем. — Лизетт направилась дальше, но Люк схватил ее за руку.

— Не лги мне, Лизетт! Я очень хорошо тебя знаю. Что произошло?

— Грег не любит меня, — тихо ответила Лизетт. — Уже давно не любит.

— То есть как это не любит? Конечно же, любит! Да он без ума от тебя!

Поникшая Лизетт покачала головой:

— Все не так, как кажется, Люк. Дома мы спим в разных спальнях. Любовью занимаемся редко, а когда это случается… — Она пожала плечами. — Если ты желал, чтобы я была несчастлива с Грегом, то твои пожелания сбылись.

Да, именно этого он и желал, молился об этом. Но теперь, когда это произошло и охваченная горем Лизетт стояла перед ним, Люк понял, что совсем не рад случившемуся.

— Мне очень жаль, Лизетт, — пробормотал он. — Действительно очень жаль.

— Спасибо. — Лизетт положила ладонь на плечо Люка, и печальная улыбка тронула уголки ее рта. — Не всегда все в жизни бывает так, как ожидаешь, не правда ли?

Бросив взгляд на деревенскую площадь, Люк увидел, что Анабел сидит со стаканом в руке под большим полосатым зонтиком.

— Да, ты права, — уныло промолвил он.

Лизетт было приятно, что Люк понял ее.

— Грег добрался до детей, — сказала она, посмотрев в сторону замка. — Странно, что Мелани так подружилась с Домиником, а не с Люси.

— У Мелани, как и у Доминика, есть авантюрная жилка. Люси более робкая, чем Доминик. Но ты, наверное, и сама это знаешь.

— Нет. Все утверждают, что они очень похожи, хотя это явно не так.

— А Грег?

Лицо Лизетт исказилось от боли.

— Едва ли он думает об этом. Грег просто любит детей такими, какие они есть. И они любят его.

У ворот замка их поджидал Грег. Он держал за руку Доминика, умолявшего позволить ему вскарабкаться на башню, и Мелани. Сердце Люка болезненно сжалось. На него Мелани никогда не смотрела с таким обожанием. Интересно, что в Греге так притягивает к нему людей? А вдруг Лизетт права и Грег больше не любит ее? Это казалось Люку невероятным, однако надежда так окрылила его, что он дружелюбно улыбнулся Грегу.

— Ну, так что же все-таки случилось с герцогом Робертом и его прачкой? — спросил Люк. — Они были счастливы или она сбежала к другому?

— После рождения сына Роберт выдал ее замуж за нормандского аристократа, и она родила тому еще двоих сыновей. — Лизетт избегала взгляда Люка.