Читаем Не та дверь полностью

Завтрак был обильным. Детвора потребовала яичницу и получила ее против всех Аллиных правил, гласивших, что детям можно есть такую вредность не чаще раза в неделю.

Потом они снова пошли гулять. Так захотела Алла, и у Васи не возникло даже мысли о том, чтобы попробовать ей возразить. Он и про парик не вспомнил, свято уверенный в том, что с его женой все в полном порядке. Вот она смеется очередному Женькиному афоризму, щекочет Любу, произносит шутливый тост и поднимает чашку с кофе.

Алла, конечно, парик надела. Разноцветные прядки очень понравились детям. Сыну – красная, а дочке – зеленая. Они даже взяли маму за руки именно так, чтобы оказаться с «правильных» сторон.

На улице Вася с Алей переглянулись, поймали такси и поехали в парк Горького. Там они и прогуляли до самого вечера, пообедали в одном из местных ресторанчиков. К выходу из парка все шли, переполненные свежими впечатлениями и нагруженные мягкими игрушками, большими и маленькими.

Вася попробовал было подсчитать, сколько же раз они подходили к тирам-палаткам, чтобы посоревноваться друг с другом в меткости, и понял, что ничего у него не получится. Дело было вовсе не в том, что он не мог – с его-то профессиональной памятью! Просто не хотелось.

Ему было вполне достаточно знать, что это было. Как и многое другое, чем оказался наполнен их новый день, который вдруг представился Васе в виде мягко сиявшего китайского фонаря.

Вот он висит наверху, тянет к глазам разноцветные лучи, согревает душу теплым сказочным светом. Но только пока целый, если не протянулись к нему не в меру беспокойные руки, желающие во что бы то ни стало разобрать волшебный светильник и узнать, каков он внутри. Стоит тронуть хрупкие стеклянные панели, и добрая магия, наполняющая фонарь, улетучится без следа. Включай его потом или нет, все будет без толку. Свет останется, а сказка исчезнет.

Вася водрузил себе на плечи огромного белого пушистого медведя и, придерживая его рукой, погнался за Женькой. Хохоча во все горло, они бегали вокруг каменных колонн на выходе из парка, пока Аля с Любой не поймали их.

– Кушать хочу! – заявил Женька, тут же занявший место медведя на папиных плечах.

В руках сын держал маленького плюшевого котенка, временно ставшего его фаворитом вместо черепашки-ниндзя.

Семья отправилась ужинать. Конечно же, в «Макдоналдс». Они выбрали тот, что был на Большой Бронной, первый, открывшийся в России. Благо до него от «Октябрьской» было всего-то три станции метро.

Несмотря на вечерний час, народу в зале было не так уж и много. Ждать столика им не пришлось.

За едой Вася вовсю смешил детей, разыгрывая с картошкой фри целые представления. Вместе с ними, позабыв о дисциплине, смеялась и Аля. Тем не менее напоминать Любе с Женей об их порциях не пришлось. Они съели все сами, и куда быстрее, чем обычно.

Домой семья возвращалась не спеша, выбралась из метро и потихоньку двинулась к дому пешком. Дети уже не бесились. Им, похоже, передалось умиротворенное настроение, которое за время поездки в подземке овладело родителями. Брат с сестрой смирно шли рядом, взяв Васю и Аллу за руки.

Дом встретил их мягкой тишиной, в которой не ощущалось ничего угрожающего. Вася картинно приложил ладонь к уху и предложил всем завести котенка, чтоб встречал хозяев у порога и шуршал в квартире чем-нибудь в их отсутствие. Эта идея была встречена семьей с восторгом.

Родители и дети удобно устроились за чайным столиком, который отец поставил в детской перед большим креслом-диваном. Вася с Алей сидели рядом, дети – у них на коленях.

Они включили «Один дома». До Нового года, конечно, было еще далековато, но фильм пришелся как нельзя кстати. Когда на экране Кевин побежал к своей маме и они обнялись, Вася сглотнул комок, взглянул на жену и тут же отвернулся со смущенной улыбкой. Он ощутил себя школьником, подглядывающим за родителями.

После фильма родители обнаружили, что Люба и Женя засыпают прямо у них на коленях.

– Умываться?.. – одними губами спросил Вася, и в глазах жены прочитал ответ.

Мол, фиг с ними, пусть так ложатся. Уж как-нибудь не помрут с зубами, не чищенными на ночь.

Они помогли детям переодеться в пижамы. Вася подхватил Любу на руки и поднял ее прямо к кроватке. Дочке оставалось только аккуратно перевалиться на мягкий матрас. После чего отец укутал ее одеялом и заботливо подоткнул его под бок. Внизу Алла делала все то же самое для сына.

Закончив с этим, они замерли и прислушались, а потом, уже не особо таясь, вышли из детской. Опыт подсказывал им, что в ближайшие несколько часов вряд ли что-нибудь разбудит Женю и Любу.

Вася с Аллой начали раздевать друг друга еще в коридоре. Он резким рывком сорвал с нее футболку и ощутил, как им овладевает давно, казалось бы, забытое, похороненное вместе с юностью, состояние. По телу быстро распространялась дрожь, от которой перед глазами вставал туман, а дыхание пускалось вскачь галопом.