Читаем Не сдавайся полностью

У меня была дерьмовая дверь, которую можно было выбить даже в самой дешевой сандалии на высоком каблуке. Она состояла из двух слоев тонкого дешевого дерева с маленьким ромбовидным окошком на уровне глаз, чтобы можно было выглянуть наружу.

И в этом алмазном окошке я увидела Мерри.

Чертов ублюдок.

В сообщении он написал «завтра».

И это было завтра.

Я уставилась на него через окно, но он не смотрел на меня.

Он просто открывал дверь и входил прямо внутрь.

Я тут же сделала мысленную пометку: запирать чертову дверь, независимо от того, заходишь ли ты внутрь, чтобы просто выпить чашку кофе или окончательно вернулся домой.

— Ну что ж, проходите, офицер, — саркастически поприветствовала я, протягивая руку с телефоном. — Вам что-нибудь принести? Чашечку кофе? Поздний завтрак? Быстрый минет?

Он не выглядел забавным. Он не выглядел раздраженным.

И он казался настороженным.

— Ты что, устанавливаешь ставни? — спросил он.

Если учесть, что нечто ненормальное происходило у моих соседей, еще Уолтер Джонс как-то узнал номер моего сотового и без проблем позвонил мне, думая, что сможет уговорить меня на разговор о Деннисе Лоу, а Мерри вальяжно вошел в мою гостиную, и все это в течение десяти минут, я пропустила мимо ушей его вопрос.

— Что?

— Ставни, Шер. — Он кивнул головой в сторону дома, где стояли эти самые ставни. — Ты сама ставишь ставни?

Я понятия не имела, почему его это волнует, но на этот вопрос был только один ответ, и я его дала.

— Ну, да.

— А почему твой домовладелец этого не делает? — спросил Мерри.

— Потому что ему сто лет в обед, а мои навыки сердечно-легочной реанимации немного устарели, и я не хочу, чтобы он заработал себе сердечный приступ, меняя сетки на ставни, когда самостоятельно могу с этим справиться.

— Это его обязанность, — ответил Мерри.

— Мне нужно изучить договор аренды, но думаю, что подобные плановые работы — это моя обязанность, Мерри.

— Если ты изучишь договор, то поймешь, что ошибаешься.

Я читала договор достаточно давно, и у меня было такое чувство, что Мерри прав.

Но я не совсем была с этим согласна.

— Тогда, — начала я, — раз экраны вынимаются и ставни вставляются. А двери требуют от меня только умения поворачивать отвертку, я лучше просто сделаю все сама, чем буду звонить ему, ждать его прихода. И, не дай Бог, он еще перенесет инсульт во время подготовки моего дома к зиме и тем самым нанесет мне психологическую травму на всю оставшуюся жизнь.

Его глаза сузились.

— Ты была такой всезнайкой и до того, как я заставил тебя кончить для меня пять раз?

Я буквально ждала, что моя голова сделает целый оборот на плечах, а из глаз выстрелит огонь. Когда этого не произошло, я пролепетала:

— Э… да.

— Оставь их, — приказал он. — После смены я приеду и вставлю их.

Я не знала, как на это реагировать, кроме как открыть рот.

Прежде чем я пришла в себя, он спросил:

— Ты знаешь баптистскую церковь Риверсайд?

— О Боже. Сначала ты подарил мне пять оргазмов, а теперь собираешься спасти мою душу? — спросила я в ответ.

Он скрестил руки на груди.

— Подожди умничать, Шер. У меня нет времени на то, чтобы сделать тебя приятно, а значит, завести тебя, чтобы ты дала мне необходимое, поэтому просто не будь занозой в заднице. Ответь на вопрос: знаешь ли ты баптистскую церковь Риверсайд?

В этот момент мои глаза сузились.

— Сделать мне приятно, а значит завести меня?

Мерри начал уже заметно проявлять нетерпение:

— Детка, сосредоточься.

— Если хочешь, чтобы я сосредоточилась, скажи мне, зачем ты здесь, пытаясь внести оживление в мой день, — потребовала я.

— Пегги Шотт посещает баптистскую церковь Риверсайд.

Я захлопнула рот. А Мерри — нет.

— Она говорила об этом? Трент упоминал что-то подобное? Может Итан пришел от них и рассказал об этом?

Я почувствовала, как сильно бьется сердце в груди.

— Я хочу знать, почему ты об этом говоришь и, вообще, откуда у тебя такая информация? Как ты вообще узнал фамилию Пег?

— Я сказал, что отплачу тебе, и именно этим я занимаюсь, — ответил он.

Так вот что он делал?

Вчера в четыре часа дня мы еще весело болтали.

Еще не было и десяти утра следующего дня, а он уже узнал о церкви, к которой принадлежала Пегги.

У меня было плохое предчувствие, потому что я знала Мерри, а он, вцепившись во что-то, уже не отпускал добычу.

И сейчас он вцепился зубами в Трента и Пегги, так что мои шансы помешать ему влезть в мое дерьмо уменьшались с каждой секундой.

Эти мысли заставили меня вскинуть обе руки в отчаянии и прорычать:

— Не прошло и двадцати четырех часов!

— Если некто предупреждает о том, что собирается поиметь тебя в каком-то вопросе, ты не станешь давать ему фору, — ответил он, а затем продолжил. — Маргарет Шотт — добровольный помощник директора программы баптистской церкви Риверсайд под названием «Вера спасает». Миссия этой программы заключается в том, чтобы посылать ее членов на собрания анонимных алкоголиков, наркоманов и людей, пострадавших от общения с зависимыми, а также в метадоновые клиники. Они должны сближаться с людьми, которые в поисках выздоровления или наставления через Слово Божье.

— Святое дерьмо, — прошептала я.