Читаем Не сдавайся полностью

Она открыла свою массивную сумочку, которая выглядела как неудачная сумка для подгузников, что само по себе было достижением, поскольку большинство таких вещей нельзя было считать модными, не говоря уже о том, что это была настоящая сумка, а не сумка для подгузников.

Затем она достала конверт, который Трент приносил вчера, и кинула его на стойку.

Мне потребовалось немало усилий, но я умудрилась не отшатнуться от него, словно это была гремучая змея, которую она вытащила на поверхность, разозлив и направив на меня для нападения.

Кроме того, я чувствовала, как глаза Мерри впиваются в конверт, и удивлялась, что он не вспыхнул от точности лазерного луча его взгляда.

Она продолжала держать руку на конверте, пока говорила.

— Трент совершил ошибку и взял его с собой после вашего вчерашнего разговора, — заявила она. — Я подумала, что важно сразу же вернуть его тебе.

— Пег… — начала я, но не стала продолжать.

— И еще, чтобы ты знала, наше соглашение насчет Итана начнет работать уже на этой неделе. Первый чек мы отправим в пятницу.

По ее взгляду и тону, который раньше всегда был дружелюбным, но не сейчас, я поняла, что не только Трент загремел в ее черный список за вчерашний испорченный разговор, но и мной она была недовольна, поскольку он явно поделился тем, что я сказала.

Она не стала терять времени даром, приводя свой план в действие.

Поскольку они могли бы как можно скорей показать судье, что они собрали, сэкономили и пожертвовали, чтобы поступить правильно по отношению ко мне, и конечно к Итану, даже после того, как Трент все испортил, будучи наркоманом-неудачником, который свалил от своей женщины, забрав с собой ее деньги.

Мне очень хотелось сказать ей, чтобы она пошла на хер. Что все это полное дерьмо, но ее шаг — приход ко мне на работу, где я не могла предпринять нормальный ответный ход, был просто великолепен.

Я не могла, как следует ответить ей. Слишком многое было поставлено на карту. Я должна была быть спокойной не только ради Итана, но и потому, что Мерри наблюдал за мной.

— Милая, думаю, было бы неплохо, если бы мы все нашли время, чтобы сесть и поговорить, — предложила я.

Она пододвинула конверт поближе ко мне и ответила:

— Ты на работе, поэтому я не буду отнимать у тебя много времени. Думаю, Трент все прояснил вчера. А сейчас мне нужно, чтобы ты взяла этот конверт, Шерил. Чтобы его содержимое было в безопасности.

— Может… — начала я, но она резко сдвинула конверт еще на дюйм в мою сторону и прервала меня.

— Ты на работе, а мне нужно возвращаться домой к детям. Если ты возьмешь его, я буду знать, что все в порядке, и смогу вернуться домой к своей семье.

Мне не оставалось другого выбора, как протянуть руку, и она быстро убрала свою ладонь, чтобы я смогла обхватить конверт, и мы бы не соприкоснулись пальцами.

Когда конверт оказался у меня, она кивнула и объявила:

— Мы надеемся скоро увидеть Итана. Хорошего дня на работе. До встречи.

С этими словами она повернулась и вышла.

Я смотрела ей вслед, запоздало сожалея о своем вчерашнем поведении. Я разозлилась, а значит, разозлился и Трент, выложив при этом все карты раньше времени. Что и привело к злости Пегги, а я не была уверена, что разозленная Пег — это хорошо.

Трент не просто так стал послушным. Его преданность Пег могла была результатом либо награды, либо наказания.

У меня возникло ощущение, в данном случае применялось именно наказание.

— Ты берешь взятку прямо на глазах у копа?

Голос Мерри стал последней каплей в стакане, который я удерживала непролитым чертовски долгое время. Поскольку сказанное им было явно шуткой, да и голосом он говорил своим обычным, хотя присутствовал при разговоре. Но в выходные в этот стакан вылилось слишком многое, поэтому потребовалось не так много, чтобы он перевернулся.

И как результат я повернулась и огрызнулась:

— Нет, бл*дь, это не взятка.

Подбородок Мерри дернулся, а глаза сузились.

— Это была шутка, Шер, — сказал он мне.

— Причем не смешная, — сказала я ему, прижимая конверт к животу.

Он посмотрел на него, потом на меня.

— Кто эта женщина?

— Никто.

Он медленно наклонил голову в сторону, затем выпрямился, и на его лице появилось выражение, которого я никогда раньше у него не видела. И оно было пугающим.

— Что в конверте, детка? — спросил он, его тон был наигранно непринужденным, что означало, что он вовсе таковым не был.

— Ничего, — ответила я. — Слушай, мне нужно…

— Что в конверте, Шер?

— Ничего, — повторила я. — А теперь вернемся к тому, о чем мы говорили…

Он наклонился ко мне на дюйм, и я не была девушкой, которую легко запугать, но должна была признать, что этот дюйм был пугающим.

— Что она тебе дала? Что это была за женщина? Кто такой Трент? И какое отношение они имеют к Итану?

— Мерри, скажу прямо, это не твое дело.

В этот момент он наклонился ко мне на два дюйма, и если один дюйм был пугающим, то два — угрожающими.

Это означало, что я должна была догадаться о его намерениях.

Но, зная Мерри, или так думая, я не имела не малейшего понятия, что последует, поскольку в нем не было того, что демонстрировали его намерения.