Читаем Не сдавайся полностью

Об этом свидетельствовал тот факт, что она и ее подружка-стерва Тина Блэкстоун (которая, к сожалению, заходила в «Джей энд Джей», поскольку эта сучка не давала чаевых) сеяли хаос по всей округе самыми разными способами, что, казалось, стало их миссией.

В число их деяний входило направление своих чар на женатых мужчин (и, к сожалению, поскольку Сьюзи была очень привлекательной, ей это удавалось). Они злобно сплетничали с теми немногими друзьями, которые у них были, и распространяли эти сплетни так далеко и широко, как только могли, даже если все это было ложью. Они легко и часто ссорились с теми, с кем вздумается (дошло до того, что Сьюзи занялась этим с Вай прямо на глазах у Кэла, которого Сьюзи трахала, о чем она поделилась с Вай прямо на глазах у Кэла).

Все в городе ненавидели ее.

Я знала ее только потому, что видела ее фотографии вместе с репортажами о бесчинствах Лоу. А еще то и дело встречала ее в городе.

Но по большему счету я точно знала одно: если твой день был наполнен счастьем и светом или был самым ужасным дерьмом, Сьюзи Шепард могла омрачить его в геометрической прогрессии.

Черт.

— Твое мнение здесь не нужно, Сьюзи, — огрызнулась Миа.

— Ты здесь не нужна, Миа, — огрызнулась Сьюзи, а затем посмотрела на меня, с отвращением вскинув руку. — Я серьезно. Грубость. Отлично. Но это же Рождество. — Она покачала головой. — Однако некоторым все равно.

Я в шоке уставилась на Сьюзи.

А вот Миа — нет.

Она полностью повернулась к ней и сказала:

— У меня был личный разговор с Шер.

— Ты предъявляла свои права на Меррика. Опять. Я не понимаю, Миа. Мужчина уже настолько переболел тобой, что тебе должно быть стыдно. Я имею в виду, — она дернула головой в мою сторону, — что она уже почти переехала к нему. Она стоит на парковке Бобби, ее багажник полон рождественских украшений, которые они собираются повесить на елку в его новом доме и, возможно, трахнуться под ней, а ты лезешь к ней прямо здесь. — Она покачала головой и заключила: — Это не стыдно, это просто печально.

Я наблюдала за всем происходящим с некоторым очарованием, одновременно делая мысленную пометку найти время, чтобы трахнуть Мерри под нашей новой рождественской елкой в стиле бохо.

— Твое мнение нежелательно, — отмахнулась Миа.

— Просто пытаюсь помочь сестре сохранить лицо, — сказала Сьюзи с фальшивой заботой. — Не понимаю, почему ты до сих пор не уехала из города.

— Ты спрашиваешь меня об этом? — ответила Миа.

Сьюзи пожала плечами.

— Да. Эти слова вырвались у меня изо рта две секунды назад.

Миа решила, что с нее хватит, и заявила об этом, сказав:

— Просто уходи. Это не твое дело.

Я приготовилась, когда Сьюзи вдруг сделала два шага вперед, оказавшись прямо вплотную к Мии, и прошипела:

— Это мое дело. — Она подняла руку и ткнула пальцем в мою сторону. — Она счастлива. Он поимел ее, но теперь она наконец-то счастлива, а ты на этой чертовой парковке мешаешь ей. Так что это мое дело, Миа. Держись подальше от нее, а то обнаружишь меня по близости. И, малышка, чтобы ты знала. Твои кошачьи коготки могут жалить, но если перейдешь мне дорогу, я тебя разорву.

Вот это да!

Сьюзи бросилась на защиту.

Меня.

— Так что, вы стали сестрами по несчастью по имени Деннис Лоу? — Мия огрызнулась.

— Да, — прошептала Сьюзи. — Именно так. Мы не желали этого, но так произошло. И, на всякий случай, если ты еще не поняла, раз уж так обстоят дела, не смей попадаться у нас на пути.

Ого.

Сьюзи точно не шутила.

Касательно меня.

Я пыталась осмыслить это и свои чувства, когда что-то вновь привлекло мое внимание. Это произошло потому, что глаза Сьюзи поднялись от Мии, и она напряглась.

Заметно.

Сьюзи заметно напряглась, и я увидела, как кровь отхлынула от ее лица.

Затем она начала отступать.

Ее рот шевельнулся.

И еще раз.

Но с губ не сорвалось ни звука.

— Что? — спросила я.

Ее рот зашевелился, и снова не было слышно ни звука.

— Сьюзи, ты в порядке?

Она посмотрела на меня.

Затем закричала:

— Бежим!

И в этот момент раздались выстрелы.

* * *

Гаррет

— Розовые.

Гаррет стоял в очереди в кофейне «У Мими» и обернулся, заметив позади себя Кэла, его спящего и пристегнутого к груди сына, его маленькую девочку в коляске, в полудюйме от лица которой болтался брелок в виде грузовика Кэла. Который и стал явным объектом восхищения.

— Что? — спросил он.

— Розовые, — повторил Кэл и посмотрел на Майка, стоящего рядом с Гарретом, его глаза чертовски весело блестели.

Черт.

— И, как я слышал, немного фиолетового, — продолжил Кэл.

— О чем ты говоришь? — спросил Гаррет.

— Вай доложила. Об украшениях для твоей елки. Держись, парень. Шер тебя испытывает, — сказал ему Кэл.

Розовые рождественские украшения.

Такие вообще производятся?

— Именно так они и поступают, — пробормотал Майк.

Гаррет повернулся к напарнику.

— Как они поступают?

— Испытывают тебя, — сказал Майк.

— О чем ты говоришь? — спросил Гаррет.