Читаем Не сдавайся полностью

— С ними кто-то есть, и Таннер сказал, что мы должны приехать туда как можно скорее.

— Тогда пошли.

Они направились к центральной лестнице, когда Гаррет отправил Таннеру сообщение: «Мы скоро будем».

— Все прошло хорошо с отцом Мии? — спросил Майк, когда они спускались по ступенькам. Они оба осмотрели помещение, заметив, что Кэт вернулась за свой стол, а Джастин Макклинток исчез.

— Нет. Но все прошло, — ответил Гаррет.

Майк ничего не ответил. Впрочем, Гаррету больше нечего было добавить.

До офиса Таннера им необходимо было пройти один квартал, и по пути они вкратце обсудили, что на обратной дороге заглянут к Мими и выпьют кофе.

И это после того, как Майк и Таннер, предположительно, успешно помешают Гаррету наброситься на Райкера.

Они зашли в дверь рядом с кафе «У Мими», на которой висела латунная табличка с надписью «Расследования Таннера Лейна». Дверь вела прямо к лестнице. А лестница в свою очередь приводила к лестничной площадке с одной дверью — офис Таннера.

Они прошли через приемную, направляясь в личный кабинет Таннера, расположенный в передней части офиса, и оба замерли.

Даже чувствуя волну настороженности от Майка, Гаррет осознал, что это только у него помутнело зрение от ярости.

А все потому, что высокий, мускулистый Райкер небрежно развалился на стуле перед столом Таннера и ел пончик «Хиллигосс», посыпанный сахарной пудрой и политый шоколадно-масляным кремом. Пончик был не первым, поскольку его губы были вымазаны сахаром, и этот сахар обильно просыпался на переднюю часть его черной майки, а также на лацканы кожаного пиджака.

Он выглядел так, словно только что вернулся из отпуска и все они пришли посмотреть на его фотографии, а не так, будто Гаррет несколько дней искал его задницу, а в это время погибла женщина, связанная, пусть и слабо, с его дерьмом.

Но дело было не в этом.

Вместе с Райкером и Таннером, который сидел за своим столом, в комнате находились два человека, которых Гаррет никогда раньше не видел. Мужчина и женщина. Оба были в костюмах. Оба подтянутые и сильные. И оба, без сомнения, федералы.

Женщина стояла у самого дальнего от стола Таннера окна и смотрела на улицу. Мужчина-федерал находился посреди кабинета, вплотную приблизившись к последнему обитателю комнаты, что очень злило Гаррета.

Джейден Катлер.

— Какого черта? — прошептал Гаррет.

— Не дергайся, брат, — предупредил Таннер, но когда Гаррет оторвал взгляд от Катлера, чтобы посмотреть на своего друга, то увидел, что в глазах Таннера плещется веселье, которое он едва сдерживал. — Но попрошу заметить, что после услышанного, тебе

захочется оторваться еще больше, чем сейчас. Но, в конце концов, ты поймешь, что это забавно. Поверь мне.

Гаррет проигнорировал Таннера и посмотрел на Райкера.

— Я искал тебя, — сказал он.

— Знаю, братишка, — небрежно ответил Райкер сквозь тесто для пончиков и масляный крем.

Гаррет перевел взгляд на Катлера.

— И тебя я тоже искал.

А вот Катлер не выглядел так, будто вернулся из отпуска. Когда Гаррет справился со своим гневом, он заметил, что Катлер выглядит разбитым.

Но отвечать тот ничего не стал.

В разговор вступил незнакомый мужчина.

— Лейтенант Меррик… Хайнс, я специальный агент Джефф Харлеман. — Он наклонил голову к женщине. — Это специальный агент Тиффани Фариа. Мы собираемся вам кое-что разъяснить. Поскольку вы расследуете убийство Венди Дериан, вам необходимо это узнать. Тем не менее, если вы расскажете кому-либо об этом, это нанесет значительный урон нашему расследованию и ухудшит отношения между нашими организациями. И надеемся, вам не придется долго хранить все в тайне.

— Между нашими структурами есть какая-то связь? — задал закономерный вопрос Майк.

— Не совсем, — добавила агент Тиффани Фариа. — Мы на связи с управлением штата, а они с вашим капитаном. Таким образом, пусть полицейское управление Браунсбурга и не является участником в этом расследовании, необходимые лица осведомлены о происходящем.

Гаррет пытался сдерживать раздражение по поводу нелепого способа общения федералов.

Вместо этого он сконцентрировался на раздражении, которое он умел сдерживать, размышляя о капитане.

Этот человек стал больше политиком, чем полицейским. То, что федералы действовали в зоне их компетенции, а он не поделился этим со своими офицерами, не было сюрпризом.

Но это чертовски раздражало.

Потому что, если бы он поделился информацией со своей командой, то ему бы пришлось взять на себя ответственность за происходящее. Пусть и единственное, что ему нужно было сделать — это снять трубку и выслушать федералов, которые попросили бы не впутывать офицеров в расследование, которым они занимались.

Да.

Чертовски раздражает.

— Судя по всему то, чем вы занимаетесь, связано с гибелью Венди Дериан, которая в юрисдикции нашего управления, поэтому как насчет того, чтобы поставить нас в известность, — отрезал Гаррет.

Он обращался к агентам.

Но не мог не заметить, что при каждом упоминании убийства Венди Катлер, который и так выглядел несчастным, становился еще более мрачным.

Фариа и Харлеман кивнули, но заговорил именно Харлеман.