В природе резервуарами бактерий — чумной палочки являются многочисленные грызуны, а ее переносчиками — блохи, особенно те, которые паразитируют на крысах и песчанках. Это в их чреве чумные палочки, всосанные вместе с кровью больных зверей, размножаются как на дрожжах, и в итоге одна блоха мочсет натворить столько б^ед, что в случае ее укуса для человека будет один конец — смерть.

В настоящее время чума сохранилась в Азии, Африке, Северной и преимущественно в Южной Америке; от нее свободны Австралия и Европа. Зато в последние годы Европа приобретает песчаных блох, личинки которых предпочитают жить в песчаных местах, особенно на речных и морских пляжах. Эти блохи (они же тунга, или джиггер) — коренные жители тропической Америки — теперь обосновались в Африке и стали встречаться на юге Европы.

Самки тунги, каждая размером чуть больше 1 миллиметра, внедряются в кожу отдыхающих на пляжах людей, обычно под экстравагантными ногтями красавиц или между привлекательными пальцами ног. Они пьют кровь, отчего их брюшко раздувается до размеров горошины и выступает над раной-язвой. Каждая такая язва — питательная среда для болезнетворных микробов, инфекции которых приводят иногда к смертельным исходам. Крошечные самцы джиггера (около 1 миллиметра) не заякориваются на коже, а сосут кровь, как обычные блохи, предпочтительно людей и свиней, лишний раз доказывая, что между последними имеются общие черты, позволяющие их отнести к классу млекопитающих.

Куда уходят, в какую глубь веков корни человека, вот там и надо искать появления его наружных паразитов, в том числе и вшей. Недаром говорят, что вши так же стары, как и род человеческий.

Вот тут-то и пора вспомнить, за что же вши получили степень третьей казни египетской. Разумеется, не за свои зудящие поцелуи, вызывающие колтуны на голове и язвы на коже, а за то, что с массовым их появлением были связаны эпидемии сыпного и возвратного тифа. Это те самые болезни, передаваемые вшами, которые, к примеру, во время отступления Наполеона из Москвы за полтора месяца погубили больше половины французской армии, насчитывающей 100 тысяч солдат. Кстати, при войнах Наполеона общие потери войск и мирного населения от тифов достигли нескольких миллионов человек. Это как раз те заболевания, которые в 1898 году во время американо-испанского конфликта лишили жизни в 10 раз больше американских солдат, чем оружие неприятеля. Это ими переболело 15 процентов населения Германии после первой мировой войны.

А сколько страданий, сколько горя обрушивают на наши бедные головы сотни других болезней, передаваемых насекомыми, — разве все можно описать! Честь и хвала современной медицине, обуздавшей большинство заразных болезней, переносимых насекомыми. Благодаря медицине наша страна сейчас фактически свободна от таких страшных заболеваний, как малярия, чума, оспа, холера, сыпной и возвратный тифы. Но от кишечных инфекций, распространяемых, как правило, мухами, мы не застрахованы и сегодня. Предстоит повседневная кропотливая работа по оздоровлению нашего быта, благоустройству наших городов, сел, деревень и вообще всех населенных пунктов, улучшению санитарного состояния нашего организма и окружения, освоению гигиенических навыков, что поможет нам снять с повестки дня те болезни, в которых повинны насекомые.

ЩИТ, МЕЧ и ЕЩЕ КОЕ-ЧТО

Как быть нам с насекомыми, то есть с той их малой толикой, одним процентом из колоссального класса, теми самыми тысячами из более миллионов видов, которые ставят нам подножку на жизненном пути? Разумеется, мало их гнать в три шеи с их насиженных мест. Сегодня по отношению к ним не может быть сомнений, где ставить запятую в выражении: «Казнить нельзя помиловать».

Между тем, ох как трудно было прийти к такому, казалось бы, простому выводу. Для этого пренебрежение, безразличие и равнодушие людей к насекомым, сеющим заболевания, уничтожающим продукты труда, губящим посевы и портящим деревья, должны были смениться страхом перед ними и ненавистью к ним, на что потребовалось не одно тысячелетие.