Ольга Михайловна выглянула в окно и, убедившись, что новоиспеченные счастливые родители ребенка покинули территорию больницы, оставив за собой шлейф пыли, повернулась к посетительнице.

— К моему великому сожалению, ты опоздала, — огорошила она подругу.

— То есть? — единственное, что смогла вымолвить та.

— Твоего внука усыновили другие.

Для Мироновой ее слова звучали, словно смертный приговор, который обжалованию не подлежит.

— Кто эти люди? — все же спросила она.

— Мне запрещено давать посторонним такие сведения, — вырвалось у заведующей, и она тут же пожалела о допущенной неосторожности.

— Это я-то посторонняя?! — Теперь Вероника Федотовна была похожа на разбуженный вулкан. — Какое право ты имела так поступить со мной?! — кричала она срывающимся голосом.

— Успокойся, дорогая, успокойся, — пыталась хозяйка кабинета как-то угомонить Миронову и положила руки ей на плечи, предлагая сесть.

— Прочь от меня руки!

Ольга Михайловна, испугавшись, отдернула их, будто ее ужалила ядовитая змея.

— Вот что, — заговорила она официальным тоном. — Не я законы в стране устанавливаю и поэтому выслушивать претензии не намерена.

— Лицемерка, лгунья, а я еще считала тебя своей подругой и доверяла! — обвиняла ее посетительница.

На шум вбежала медсестра Кунина.

— Что тут у вас, Ольга Михайловна?

А у Вероники Федотовны уже совсем пропал голос, и она только размахивала руками. Но внутреннее потрясение и напряжение последних дней не могли не сказаться на самочувствии. Что-то кольнуло в груди, в глазах помутнело, и она медленно осела на стул.

— Дай ей таблетку валидола, — кивнула Тюленина на Миронову, — а когда отойдет, проводи до выхода из больницы, — и сама покинула служебный кабинет.

Потеряв внука, Вероника Федотовна перенесла тяжелый инфаркт и слегла. Ухаживать за ней приходили соседи, а сообщить дочери не могли, так как никто не знал ее нового адреса.

— Ничего, поправитесь, — поддерживала ее сердобольная почтальонша, которая забегала каждый день, но вестей от Лены не приносила.

— Спасибо, Зиночка, — с трудом выговаривая слова, благодарила ее больная. — Только мне здоровье теперь ни к чему: дочь взрослая, самостоятельная, в моих советах и помощи не нуждается, а внука у меня отняли. — И на глазах ее выступили слезы. — Лучше скажи: кто выдумывает такие законы, чтобы…

— Вот поправитесь, и все образуется.

Но Миронова так и не поправилась, покинув бренный мир тихо и незаметно, глубокой ночью и в полном одиночестве. Соседи только утром обнаружили уже остывший труп. Хоронили, что называется, все скопом: соседи и знакомые. Лена Миронова, как ни странно, узнала о смерти матери от Колесникова Виктора два месяца спустя. Она случайно встретила его в городе вместе с Наташей Щукиной, на которой он успел жениться, и оба сияли от счастья в ожидании ребенка.

Лена приехала в родное село, посетила могилку Вероники Федотовны, но не провела там и пяти минут, не проронила и слезинки. Распродала скотину, дом и навсегда покинула место своего рождения. В Пономаревке о ней долго не слышали.

Глава девятая

Из Акбулака Груздевы вернулись в Бузулук, где их дожидалась срочная телеграмма от Ольги Михайловны Тюлениной. Николай сразу же позвонил в родильное отделение Пономаревки.

— Добрый день, — поприветствовал он врача, не успела та снять трубку. — Груздевы вас беспокоят.

— Здравствуйте, — отозвалась собеседница. — Который день не могу до вас дозвониться, вот и решила послать телеграмму.

— Нас не было в городе, мы уезжали.

— Чтоб не засорять эфир, сразу перейду к делу. Я не забыла просьбу, с которой вы обращались ко мне, — брала быка за рога Ольга Михайловна.

— И мы не забыли свое обещание, — вставил Николай, имея в виду денежное вознаграждение.

Марина Владимировна, вплотную прижавшись к мужу и ухом к телефонной трубке, сидела, затаив дыхание.

— Вам необходимо собрать следующие документы. — И Тюленина перечислила их. — Желательно не затягивать, а то можете опоздать.

— Спасибо, — еще раз поблагодарил Николай, прежде чем опустить трубку на рычаг аппарата.

— У нас будет ребенок! — Марина поцеловала его и принялась кружиться по комнате.

— К этому еще нужно приложить определенные усилия, — напомнил мужчина, но она и слушать его не желала.

Груздевы опередили Миронову на каких-нибудь полчаса и даже встретились с ней у входа в родильное отделение, но, опьяненные счастьем, по сторонам не смотрели. На семейном совете они постановили переехать в областной центр, туда, где бы никто не сомневался, что сына родила Марина Владимировна. Так они и поступили. На удивление быстро удалось подыскать обмен на равноценную квартиру, а дачу и гараж Николай продал позднее. Груздев устроился работать на машиностроительный завод, а Марина Владимировна полностью посвятила себя малышу.