Читаем Не мой Ромео полностью

– Проклятье!.. – Он вращает левым плечом, яростно его растирая. Его лицо напряжено и бело как бумага.

Я наклоняюсь над ним, тяжело дыша.

– Что случилось?

Джек качает головой, кадык ходит вверх-вниз.

– Старая травма. Дает о себя знать в самые неподходящие моменты. – Он запрокидывает голову, ловит ртом воздух, сжимает ладонью травмированное плечо.

– Как тебе помочь?

Он смотрит в потолок, по-прежнему бледный.

– Никак. Здесь нужна грелка, лекарства, глубокий массаж. – Он закрывает глаза. – Дай мне минуту-другую.

Я помогаю ему кое-как устроиться на неудобном диванчике, но он для этого слишком крупный, диванчик для него короток.

– Дать тебе «Элив»? – Я роюсь в сумочке и достаю флакон.

– Давай. – Он берет из моей ладони три таблетки и отправляет в рот.

– Я принесу воды. – Я встаю, но он хватает меня за руку и тянет вниз, заставляя встать коленями на пол.

– Нет, не уходи.

Держа меня за руку, он корчится от новой судороги.

– Джек, ты меня пугаешь! Я сейчас же позвоню здешнему врачу. Обычно он не лечит спортсменов, зато ходит на вызовы, сюда тоже придет. Мама знакома с его семьей…

– Ты очень добра, но нет, спасибо. – Он с трудом садится, стараясь восстановить дыхание.

– Это футбольная травма?

– Нет, это случилось раньше.

Странный ответ.

– Когда?

Он молча выпрямляет спину и кое-как встает. Я тоже встаю, стараясь его поддержать. Я маленькая, толку от меня маловато, но все равно я очень стараюсь.

Его затуманенный взор устремлен на меня.

– Мне надо обратно в Нэшвилл. При приступе нужен целый комплекс мер, здесь ничего не получится. Ты сможешь… Ты меня отвезешь? – Он смущенно краснеет.

– Ты еще спрашиваешь!

– Я бы дорого заплатил, чтобы не пришлось этого делать.

– Вижу.

Джек кивает.

– Лимузин отвезет тебя назад.

– Конечно.

Сейчас я на все готова, лишь бы с его лица сошла гримаса боли.

Он медленно бредет к двери, я пытаюсь его подпереть. Трусики лежат на полу, я наклоняюсь, подбираю их и запихиваю себе в сумочку.

Он натужно усмехается.

– Сейчас я кое-что тебе скажу, ты рассердишься или засмеешься…

– Говори.

– Вчера вечером они были у меня в кармане.

– Ты извращенец, Джек Хоук! Прятал в кармане и не отдавал? Этого я тебе никогда не прощу. – Я не могу не улыбнуться.

– Прятал всю ночь, как маленький секрет, которым ни с кем нельзя делиться. Когда ты ко мне подошла, я чуть в обморок не упал от волнения.

Он приваливается к дверному косяку и массирует себе плечо.

Я качаю головой.

– Отдал бы, и дело с концом.

Он вздыхает.

– Была такая мысль… Надо было так и сделать. Но мне хотелось снова тебя увидеть.

– Джек… – Я опять качаю головой, смущенная его интересом к моей особе. – Как мне с тобой быть?

– Первым делом мы должны выбраться из церкви так, чтобы никто не увидел, что мне больно. Думаешь, получится? – Его взгляд становится умоляющим. – Если хоть кто-то пронюхает о травме…

Ну конечно, его карьера! Она превращает его в параноика.

– Ты имеешь дело с неофициальным и непризнанным лидером Женской банды Дейзи. Будь спокоен, я никому не проболтаюсь. Церковь я знаю как свои пять пальцев. Давай ключ, я подъеду к задней двери. Твое дело маленькое: выйти отсюда, пройти по коридору, перед кухней есть дверца… Все ясно?

Он кивает.

– Умница! Ключ у меня в кармане. Сможешь вытащить?

Я щупаю его правый карман, запускаю туда руку. Он прижимается затылком к стене.

– Елена… – стонет он, когда я нащупываю, кроме ключа, еще кое-что твердое.

– Умудрился возбудиться, невзирая на боль? – шепчу я, сама не зная почему; потому, наверное, что он рядом, потому что он так красив и…

– Давненько со мной такого не бывало, – отвечает он со смешком. – Ты волшебница.

Допустим.

Я перевожу дух и показываю ему ключ.

– На чем ты приехал?

– На черном Porsche. Он слева от главной двери, рядом с большим Lincoln. Как у тебя с механической коробкой? Эта машина – моя любимица, как подумаю, что у нее заскрежещет передача…

– Бабушка научила меня управлять трактором, когда мне было десять лет. Справлюсь я с твоей машинкой. Сложнее будет погрузить в нее тебя.

– Это моя забота. Встречаемся снаружи через три минуты?

Я киваю и открываю дверь. Он не дает мне выйти – хватает за руку.

– Елена…

– Что?

Он облизывает губы, у меня не получается расшифровать выражение его лица.

– Спасибо.

– За что? – говорю я с улыбкой. – Я помогаю тебе сбежать отсюда и добраться до дому. Я бы сделала это для кого угодно.

Он то ли кривится, то ли усмехается.

– Не сомневаюсь. Я благодарен тебе за другое…

– За что? – спрашиваю я, опять почему-то шепотом.

– За то, что ты – это ты. За то, что простила мне вранье. Ты добрее, чем большинство людей.

Я мотаю головой.

– Ты просто редко встречаешь нормальных людей, Джек.

– Возможно. – От нового приступа боли он закрывает глаза.

– Все, я пошла за твоей машиной.

Он согласно кивает.

– Джек?

– Да?

Я смотрю на наши переплетенные руки.

– Не хочешь меня отпустить?

Он вспыхивает и разжимает хватку.

– Прости. Встречаемся через три минуты.