Читаем Не мешайте палачу полностью

– Ешьте, Мишенька, не стесняйтесь. Вы молодец. Так вы успели в ГАИ позвонить?

– Нет. Куда я с битой физиономией могу сунуться? В отделение? Засмеют. Хотел, правда, из автомата позвонить, но у меня жетона не оказалось, а ваш дом совсем рядом был. Ничего, что я к вам ввалился?

– Правильно сделали. Давайте номер и пейте чай, я сама позвоню.

Через полчаса Доценко ушел. Как только дверь за ним закрылась, с лица Алексея тут же сползла гостеприимная улыбка радушного хозяина.

– Как это понимать? – спросил он Настю. – Что это за машина, которая всю ночь стояла под твоими окнами?

– Ну ты же слышал, – попыталась вывернуться она. – «Ауди» 1991 года выпуска, серебристого цвета.

– Ася, прекрати, – сердито сказал Алексей. – Ты что, опять вляпалась в какую-то историю? Что происходит?

– Да ничего не происходит, успокойся ты, ради Бога, – ответила она, с трудом скрывая досаду. – Это было почти две недели назад, и за эти две недели ничего со мной не случилось. Значит, все обошлось.

– Тогда зачем ты пытаешься их разыскать?

– Ну а как же? – искренне удивилась Настя. – Мне же интересно, что это за люди и почему они целую ночь провели под моими окнами.

– Ася, ты опять врешь, – устало махнул рукой муж. – Каждый вечер какая-нибудь машина паркуется под твоими окнами, но ты никогда не проявляла к ним интерес. Они что, следят за тобой?

– Сейчас уже нет. Во всяком случае, я их не вижу.

– А раньше?

– Раньше следили. Но не очень навязчиво. И потом, я вообще не уверена, что они следили именно за мной.

– Тогда за кем же?

– За человеком, вместе с которым я возвращалась из командировки в начале февраля.

Алексей замолчал, сосредоточенно тасуя колоду карт. Он готовился раскладывать пасьянс, потому что любил это занятие, оно помогало ему думать и в то же время отвлекало от неприятных мыслей. При помощи пасьянса Чистяков снимал раздражение и стресс, поэтому хватался за карты каждый раз, как только начинал нервничать, точно так же, как его жена хваталась за сигарету. Настя внимательно наблюдала, как он отложил четыре кучки по одиннадцать карт в каждой и положил их «колодцем», то есть перпендикулярно друг другу. Затем открыл верхние карты в каждой кучке и положил их рядом, открыл следующую карту и оставил на месте, никуда не перекладывая. Как-то он объяснял ей, что кучки называются «стенами», а лежащие рядом карты – «пристенными». На «пристенные» карты можно собирать масть в восходящем порядке, а на «стены» ничего собирать нельзя, карты со «стены» можно только снимать и перекладывать. На углы между «стенами» можно класть только королей и собирать на них масть в нисходящем порядке… Настя не понимала, как во всем этом можно не запутаться, но Алексей предавался раскладыванию пасьянсов с увлечением и даже покупал специальные книги в надежде найти какой-нибудь очень сложный и очень долгий пасьянс, который бы к тому же крайне редко сходился.

– Правильно ли я понял, что тот человек, с которым ты возвращалась из командировки, ночевал здесь две недели назад? – внезапно спросил он.

Настя вздрогнула. Откуда он узнал? Впрочем, он мог и догадаться. Ведь она только что сказала, что пассажиры из «Ауди» следили не столько за ней, сколько за Павлом. И если они проторчали рядом с ее домом всю ночь, стало быть, тот, за кем они следили, всю ночь здесь и находился. Интеллект у Лешки мощный, недаром же доктор наук, профессор. Настя вдруг подумала о том, что у нее никогда не возникало соблазна обмануть Лешку. Они были знакомы с девятого класса, и с первого же дня она твердо решила, что Алеша Чистяков намного умнее и способнее нее. С тех пор прошло двадцать лет, ей уже тридцать пять, Лешке недавно исполнилось тридцать шесть, и ей ни разу не пришло в голову усомниться в его интеллектуальном превосходстве. А стало быть, и попытки обмануть его не возникали. Любой обман строится изначально на допущении, что тот, кого ты хочешь обмануть, глупее тебя самого.

– Да, – ответила она ровным голосом, не отрывая глаз от его длинных сильных пальцев, перекладывающих карты на столе. – Ты понял правильно. Он здесь ночевал.

– И если бы сегодня к нам случайно не зашел Миша и не завел разговор о машине, которая стояла всю ночь под твоими окнами, ты бы ничего мне не сказала?

– Скорее всего нет. Это мои служебные дела, и незачем забивать ими твою голову.

– Ты хочешь сказать, что посторонний мужчина в твоей квартире ночью – это твои служебные дела?

– Да, именно так я и хочу сказать.

– Он твой коллега?

– Почти. Но не совсем.

– Нельзя ли поточнее?

– Он два года отсидел за хулиганство. И в этом смысле он, конечно, никак не может считаться моим коллегой. Но до этого он много лет занимался чем-то вроде оперативной работы.