– Я живой, если вы, конечно, переживали за меня – Кирилл с Викой посмотрели в мою сторону, но ничего не ответили и продолжили спорить.

– Я тебя предупреждал – сказал Кирилл, Вике. – Я вас всех предупреждал. Я вам говорил об этом несколько раз. Теперь будет по-плохому, передай всем остальным привет и особенно…

– Не надо, пожалуйста. – сказала Она. – Ты же знаешь, что так нужно.

– Эй, вы вообще о чем? – спросил я их, и Кирилл смягчился.

– Ладно, потом это обсудим – сказал он Вике, а затем обратился ко мне – Ты как? Все в порядке?

– Вроде да, тот мужик сказал, что еще бы чуть-чуть и меня бы не было.

– Я о том же. – бросил Кирилл. – Пошли со мной.

Сказав это, он взял меня за рукав и повел за собой. Я сделал с ним несколько шагов, а потом остановился. Он бросил на меня уничижительный взгляд, что-то пробормотал и пошел к выходу один. Я обернулся, чтобы заговорить с Викой, но она тоже куда-то испарилась. И я остался один, в магазине, с побаливающей головой. Постояв так с минуту, я тоже направился к выходу, подальше от этого идиотского места.

глава 4

Я практически дошел до того момента, где все карты раскроются. Но прежде чем продолжу повествование, мне нужно рассказать несколько историй, которые произошли в Ноябре, поначалу они могут показаться бессмысленными, но я обещаю, дальше вы все поймете.

Наташа

– Квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов. Ефремов, я не пойму, это так тяжело запомнить? – отчитывала Данила, учительница по математике, Евгения Олеговна. – Мы это повторяем каждый день. А ты, балбес, не можешь запомнить. Ты как собираешься, ЕГЭ сдавать, я тебя спрашиваю? Что молчишь? Ладно, садись, два.

 И Данил, словно у него гора спала с плеч, пошел медленной походкой на свое место. Учительница видя, что ему все равно на оценку насупилась и от тарабанила ручкой по столу.

– Я расскажу про твои оценки классной руководительнице и попрошу чтобы она оповестила родителей, пусть у них тоже голова поболит о твоих оценках. – проговорила она.

 Данил лишь слегка поднял уголки губ и пожал плечами, садясь на стул. Урок пошел дальше, практически, как обычно, если бы не одно но; не было Наташи. Отличница, которая бывает на каждом уроке и не пропускает ни одного дополнительного занятия, не пришла в школу. При всем при этом никто не знал, что произошло. Второй урок был английский, который вела наша классная руководительница, и даже она не знала куда та пропала.

Я спросил у Кирилла, что могло случиться, он, в свою очередь, пожал плечами. На предпоследнем уроке всем все стало известно.

Мы сидели и слушали нудный урок об электродинамике и магнитных полях. В середине урока к нам повернулась Даша.

– Вы слышали, почему Наташа не пришла? – спросила она как будто нас двоих, но смотря только на Кирилла

– Нет, а что? – ответил Кирилл совершенно холодно.

– Какой-то идиот усыпил ее собаку.

– Что? – ошарашенно переспросил я.

– Вот так, она что-то съела на улице и к утру померла. – сказала Света.

– Как она могла что-то съесть? – сказал я. – Она же за ней следит в четыре глаза, к тому же она этот намордник никогда не снимает.

– С кого? – едко заметил Кирилл. – С себя или с собаки?

– Может, ты заткнешься? – сказала Даша так грозно, как только могла. – В общем, она вся в слезах и сидит дома. Не знаете, кто это мог сделать?

– Нам откуда знать, мы что, должны следить за всеми догхантерами? – ответил Кирилл так, словно разговор был не о животном нашей однокласснице, а о совершенно незнакомой дворняге.

– Я просто поинтересовалась, мало ли. – сказала она и отвернулась.

Если о чем-то узнают Даша, либо Света, то в скором времени об этом узнают все. Так было и с этой историей. Уже на следующей перемене весь класс высказывал догадки о том, кто это мог сделать, и искали в интернете догхантеров нашего города. Всем была интересна эта ситуация ровно два дня, в день когда об этом узнали, и в день когда Наташа пришла в школу.

 Она была еще более замкнутая, чем обычно и постоянно доставала платок, вытирая слезы под глазами. Практически все в классе, включая и меня, подходили, выражая свои соболезнования. Но когда подошел я, она посмотрела сквозь свои огромные линзы и, расплакавшись, выбежала из класса. Стоит ли говорить, что такой реакцией я был слегка ошарашен.

Лай, так звали собаку Наташи, была ее лучшим другом. Можно сказать единственным. Она постоянно о ней заботилась: кормила, подстригала, дрессировала и даже выигрывала с ней на каких-то конкурсах. И такая утрата еще долго отражалась на ее поведении

Я не стал накручивать себя из-за ее реакции на мое присутствие, и списал все на нервный срыв.

ДЕНЬ ВИКТОРИНЫ

Это была история. Нам не дали на прошлом уроке домашнее задание, а это значило, что нас сегодня ждало что-то необычное, а необычное в стенах школы не всегда считается хорошим. Но не в этот раз. Зайдя в кабинет, мы увидели, что парты стоят не как обычно, по пять в три ряда, а всего лишь семь парт, с небольшим проходом между ними.

– Здравствуйте, ребята. – сказала Наталья Александровна, широко улыбаясь. – Сегодня нас ждет викторина по истории Руси.