Читаем Натурализм полностью

Не нужно пихать невпихуемое туда, где оно ещё даже не побывало, по той же причине "отсутствие принципа никогда не уместится в принцип", никогда. И наоборот, – пока ты есть принцип, ты никогда не поймешь того, кто живёт без него за его пределами. Субъективизм в абстрактной идеализации индивидуальных побуждений не значит организованность, субъективизм значит абстрагирование от единственно верной возможности вникнуть в обстоятельства. Но проблема в том, что большинство приматов называемых людьми живут субъективными заключениями в отрыве от неврологически затратного восприятия действительности. Так удобнее и проще социализироваться, в статическом взаимообмане, где нормы общественных алгоритмов позволяют не считаться с вызовами обстоятельств, но при этом отстаивать мнимую социальную статику пищевого порядка вопреки этим вызовам, это позиция нераспознаваемого отклика на инициативу вселенной, но не формирование инициативы её уровня. И когда подобные вещи возводятся в высшие приоритеты и достояния народов, это вызывает не столько сострадание, сколько сожаление или злобу, поскольку эта эфемерная статика мнит себя учителем вопреки тому, что обладать качествами учителя может поистине только тот, кому нечему тебя учить, но есть что продемонстрировать. Это не более чем инфантильное выяснение привилегий субъективных социальных отношений, то есть заблуждение, абстрагированное от непосредственного познания реалий. Речь в том числе о психической финансовой переадресации намерений служащей основным двигателем мировой деструкции в современном мироустройстве. Финансовая переадресация намерений служит как дрессировка и метод управления, но как видно, приводящий к глобальному кризису в самых разных формальных плоскостях, поскольку эта переадресация в значительной степени выстраивается по биологическим, а ни по научным последовательностям.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика
Формула бессмертия
Формула бессмертия

Существует ли возможность преодоления конечности физического существования человека, сохранения его знаний, духовного и интеллектуального мира?Как чувствует себя голова профессора Доуэля?Что такое наше сознание и влияет ли оно на «объективную реальность»?Александр Никонов, твердый и последовательный материалист, атеист и прагматик, исследует извечную мечту человечества о бессмертии. Опираясь, как обычно, на обширнейший фактический материал, автор разыгрывает с проблемой бренности нашей земной жизни классическую шахматную четырехходовку. Гроссмейстеру ассистируют великие физики, известные медики, психологи, социологи, участники и свидетели различных невероятных событий и феноменов, а также такой авторитет, как Карлос Кастанеда.Исход партии, разумеется, предрешен.Но как увлекательна игра!

Михаил Александрович Михеев , Александр Петрович Никонов , Сергей Анатольевич Пономаренко , Анатолий Днепров , Сергей А. Пономаренко

Детективы / Публицистика / Фантастика / Фэнтези / Юмор / Юмористическая проза / Прочие Детективы / Документальное