Читаем Настоящий Дракула полностью

^{Папа Пий II (Энио Сильвио Пикколомини, понтификат 1458–1464) 26 сентября 1459 г. открывает церковный собор в кафедральном соборе города Мантуя, чтобы провозгласить Крестовый поход против турок. Фото фрески XV в. в Сиенском соборе сделано баронессой Иляной Франчетти}

Один правитель получал точные сведения о событиях в Константинополе — то был Владислав II в Тырговиште, поскольку отрядил своего приближенного постоянным наблюдателем к султанскому двору еще в 1451 г., когда Мехмед только взошел на османский престол. Этот бесценный информант двора в Тырговиште, румынский епископ по имени Самуил, сумел скрыться из захваченного Константинополя и в конце июня 1453 г. добрался в валашскую столицу. Он был принят господарем, и могло бы показаться, что все более усиливавшаяся протурецкая позиция Владислава была результатом этой аудиенции. Слишком уж яркими красками живописал епископ подробности ужасной казни, которой султан предавал своих врагов. Епископ Самуил послал одного из бояр Владислава с письмом к главе города Сибиу, чтобы известить саксонцев о конечных целях Мехмеда. Епископ предупреждал Освальда Венцеля: «В конце концов турки подчинят себе весь христианский мир, если попустит Господь… Следом они завоюют земли деспота сербского Джураджа Бранковича (имеется в виду Белград. — Прим. перев.)… И еще они говорят, что город Сибиу, который лежит на их пути, должен быть уничтожен». Упоминание в письме его города привело Освальда Венцеля в ужасное смятение. «Сибиу, Сибиу, — писал он в отчаянии. — Почему Сибиу? Это же наш Германнштадт (саксонское название города. — Прим. перев.)! Захвати турки нашу крепость, и это будет означать, что они захватят не только Венгрию, но и весь христианский мир». Он взывал о помощи к главнокомандующему войсками Трансильвании Хуньяди, к королю Венгрии Ладисласу V Постуму, к Владу Дракуле, чья ставка располагалась в самом Сибиу, к бургомистру и городскому совету Вены и, конечно, к самому императору германскому Фридриху III.

Янош Хуньяди не нуждался в советах Освальда Венцеля. Он и без того слишком хорошо представлял образ мыслей Мехмеда, а также его непомерные амбиции и потому не сомневался, что захват Константинополя — не более чем первый шаг, за коим последуют новые захваты. (На сей счет Хуньяди был прекрасно информирован благодаря своему личному представителю и доверенному лицу Яношу Витезу, необычайно проницательному сановнику и дипломату, который в будущем станет епископом города Орадя и примасом Венгрии.) Хуньяди знал, что должен оборонять королевство в конкретных стратегических пунктах и в первую очередь необходимо укрепить Белградскую крепость, защищавшую южный фланг Венгрии. Хуньяди хорошо понимал, что турки уже фактически взяли под контроль Валахию (их купцы и шпионы роями вились в столице и других важных валашских городах), и, чтобы наказать своего бывшего протеже Владислава II, решил взять в свои руки контроль над герцогствами Амлаш и Фэгэраш (валашскими анклавами на территории Трансильвании). Затем он призвал саксонские города Трансильвании обеспечить его и Влада Дракулу оружием и денежными средствами, чтобы снарядить и потом оплачивать новую наемную армию, которой Хуньяди намеревался усилить местные гарнизоны Сибиу и Брашова. К тому же важно было набрать в эту армию румын, германцев, славян, а также мелкую знать Трансильвании, которые традиционно составляли костяк его предыдущих крестоносных армий. Хуньяди не приходилось рассчитывать на высшую венгерскую знать, ибо магнаты предпочитали превратностям войны мир и уют своих поместий, как и на то, чтобы убедить своего малоопытного незрелого сеньора, венгерского короля Ладисласа V Постума, официально возглавить командование — совсем еще мальчишка, тот предпочитал военному походу развлечения при своих дворах в Буде и Вене. И тогда Хуньяди добился, чтобы его старшего сына Ласло назначили командовать на юго-западном фланге наступлением в Хорватии, а Владу Дракуле как главнокомандующему в Трансильвании поручили напасть на Владислава II — тот теперь сделался союзником султана.