Читаем Наследница из Гайд-Парка полностью

– Но почему ты меня не разбудила?

Этот вопрос ее озадачил.

– Потому что Эндрю спрашивал меня.

– Конечно. – Эндрю никогда для утешения не бежал к папе.

Надо было признать, что все изменения в поведении Эндрю были связаны с тем, что он научился терпеть своего отца. Он не нуждался в отце, не уважал его, не делился с ним своими увлечениями.

Роман так до сих пор и не обрел полноценной семьи. И уже смирился с этим. Наверное, можно было потребовать от Эндрю, чтобы он иначе относился к отцу, но Роман этого не хотел. Ему нужна была привязанность Эндрю, а ее не потребуешь. Тогда как поступить? На этот вопрос Роман не находил ответа уже несколько месяцев.

– Похоже, он снова на меня рассердился. Возможно, я мало уделял ему внимания. Я слишком много времени посвятил моим обязанностям лорда.

Триста рассмеялась и подошла, чтобы встать рядом.

– Грейс считает, что это феодальные пережитки.

– Отец считал это важным, – стал защищаться Роман. Внезапно он замолчал. – Я пренебрегал своими обязанностями чересчур долго.

Она положила руку ему на плечо:

– Ты воспринимаешь все слишком серьезно. Пойдем домой.

– Положение следует изменить, – сказал он.

– Я считала, что ты любишь Уайтторн, поскольку ты привез нас именно сюда, а потом ты сказал, что его ненавидишь. Я не знаю, что и думать.

– Я действительно ненавижу Уайтторн. Потому что здесь все не так, как следовало. А перевез я вас сюда, Триста, доверяя своему инстинкту. К тому же здесь был Джейсон. Это тоже сыграло свою роль. Когда я увидел, что Джейсон стал священником, я подумал: возможно все, что угодно.

Они рассмеялись. Триста в шутку ткнула его в бок. Он перехватил руку и поцеловал ее.

– А ведь многое действительно изменилось. Даже Грейс.

Триста провела руками по его груди:

– Но не Эндрю.

– Нет. Не Эндрю. – Он вздохнул и положил голову ей на живот.

В это мгновение вошел лакей. Стараясь привлечь внимание, он отчетливо щелкнул каблуками. Триста немедленно отстранилась, а Роман встал со стула.

– Милорд, прибыл лорд Маркус Робертс, чтобы повидать леди Мэй. Я думал, что должен предупредить вас, поскольку этот человек... – Он неловко пожал плечами, подбирая подходящие слова. – Я не уверен, что он тот, за кого себя выдает. Его одежда...

Триста посмотрела на Романа. Тот сказал лакею:

– Проводите его в библиотеку, Том. Я хочу поговорить с ним наедине.

Но Маркус Робертс не собирался тихонько отправляться в библиотеку, чтобы поговорить с Романом. Дойдя до библиотеки, Роман встретил встревоженную служанку, которая сообщила, что Том все еще беседует в коридоре с несговорчивым посетителем. Тот по-прежнему требовал встречи с леди Мэй.

Направившись в коридор, Роман обнаружил человека немного больше ростом, чем он сам, но шире в плечах, с легкой сединой в волосах и морщинами вокруг глаз. Обычно такие люди ведут себя дружелюбно. Но этот случай был исключением. Хотя на нем была одежда рабочего человека, она не могла скрыть благородного происхождения. Перед Романом стоял истинный аристократ, который смотрел на хозяина дома спокойно и с оттенком повелительности.

Гость начал говорить первым:

– Я скажу вам то, что уже говорил вашей домоправительнице и лакею. Я должен поговорить с леди Мэй. Сообщите ей, что ее желает видеть Роберт.

Роман быстро понял, что незваного гостя придется выдворять из дома силой.

– Леди Мэй может и не оказаться дома, – уклончиво ответил он. Когда появляется нежеланный гость, всегда можно сказать, что нужного ему человека нет дома, независимо от того, правда это или нет.

В ответ на это гость заявил:

– Она захочет быть дома, как только узнает, что я пришел.

– Роберт? – вдруг раздался голос леди Мэй. Повернувшись, Роман увидел Тристу и ее тетку, стоящих на лестнице. Должно быть, Триста зашла за Мэй.

Мэй появление Роберта нисколько не испугало. Наоборот, она очень обрадовалась, и потому Роман успокоился.

– Роберт, что ты?..

– Я пришел... показать тебе эти статьи, – произнес Роберт. Он явно был взволнован.

Он стремительно двинулся к ней, протягивая газеты. Роман поднял руку, чтобы преградить путь, – скорее ради очистки совести, чем действительно пытаясь задержать непрошеного визитера, но Роберт с такой силой оттолкнул эту руку, что Роман был озадачен.

Поскольку Мэй сама спускалась с лестницы, Роман не стал мешать, но продолжал внимательно наблюдать, чем это кончится.

– Мэй, – тихо произнес Роберт, не обращая никакого внимания на смотрящих на него Тристу и Романа. Он обнял маленькую блондинку и начал тихо говорить низким голосом: – Все кончилось. Она все сказала.

Мэй откинулась назад с широко открытыми глазами.

– Почему... нет... о, Роберт – Энн Несбит рассказала?

Роберт рассмеялся – приглушенно и отрывисто.

– И ты никогда не поверишь, кому она рассказала.

На лице Мэй было написано удивление.

– Не могу и представить.

– Лоуренсу Флэтбашу.

Роман обменялся взглядами с Тристой, но она, похоже, столь же мало понимала то, что происходит, как и он. Их удивило, что при упоминании одного из самых скандальных репортеров ведущих лондонских газет эти двое разразились смехом.

– О, но, Роберт, ты же ненавидел его!