Читаем Наследница полностью

— Никто меня не понимает, — тихим голосом сказал хозяин квартиры, потом развернулся и ушел в гостиную. Выйдя из комнаты, я закрыл дверь на ключ, после чего предупредил скрипача, который сидел за столом с поникшим видом: — Пойду, немного прогуляюсь.

Тот даже не посмотрел на меня, только вяло махнул рукой.

«Предложили с ходу работу, неизвестному здесь человеку. Странно и непонятно. Впрочем, чего гадать. Вечером узнаю».

Шагая между бараками, я разглядывал один из городских районов, где ютилась беднота. место, где временно остановился. От домов и людей веяло какой-то беспросветностью. Обветшалые бараки, умывальники, прибитые у входных дверей и туалеты на улице. Из магазинов здесь нашлась только лавочка с облезлой вывеской «Бакалейные товары». Спустя сто метров бараки кончились и начались огороды, за которыми лежал овраг, заросший кустарником, а еще дальше раскинулся пустырь. За ним, вдалеке, виднелись цеха и трубы какого-то предприятия. Развернувшись, я пошел обратно. Дверь была открыта, но в столовой никого не было.

— Хозяин, я пришел, — громко сказал я, но никакой реакции не последовало. Я осторожно заглянул в приоткрытую дверь комнаты, где жил Изя с сестрой, там никого не было. Быстро обежал столовую взглядом, и меня сразу привлекла вниманием одно из отделений печи, называемое подпечье — нижнее отделение, предназначенное для сушки дров и их хранения. Сейчас из него торчало четыре полена. Мне нужно было тайное место для хранения своих сокровищ, а смешному замку на двери моей комнаты у меня доверия не было от слова «совсем». Быстро зайдя к себе, я вытащил из своего мешка брезентовый сверток с золотом и деньгами, после чего снова вернулся в столовую и засунул его за поленья. Вышел на середину комнаты, снова бросил взгляд, оценивая свой тайник.

«Вроде, все как было. Ничем не нарушил целостность общей картины».

Снова закрыл дверь своей комнаты и только вышел на улицу, как увидел возвращающуюся из магазина Софу с соломенной корзинкой.

— Чего не отдыхаете, Саша? — спросила меня женщина.

— Я уже гулял, но может вы и правы. Пойду полежу.

— А где Изя?

— Не знаю. Вернулся, его не было.

Вернувшись в свою комнату, достал из мешка кольт, засунул под подушку, скинул сапоги, лег на топчан и незаметно заснул. Проснулся от громкого спора, раздававшегося из столовой. Рука автоматически скользнула под подушку, пальцы сомкнулись на рукояти. Вскочил на ноги, уже с оружием в руке, и прислушался к шуму.

— Софа, сиди дома!

— Я иду с тобой!

— Помнишь, что произошло в прошлый раз?! Тебя обругали те поцы и ты полночи плакала!

— А так ты напьешься, Изя! Тебе же нельзя!

— Софочка, у нас такая судьба горькая. Тут ничего не сделаешь и ничем не поможешь.

Я открыл дверь, оглядел брата и сестру, которые смущенно замерли при виде свидетеля их семейного спора. Только сейчас я заметил, что комнате стоит полумрак, а за окном опустились сумерки.

— Вы идете в корчму? — спросил я. — Если так, то я приведу себя в порядок и составлю вам компанию.

— Вот и хорошо, — обрадовалась женщина такому окончанию неприятного для нее спора. — Мы подождем.

Мимоходом я отметил, что они оба переоделись. На Изе было белая сорочка, жилетка, в руке он держал футляр со скрипкой, а на женщине — блузка с вертикальными голубыми и белыми полосками, а на плечах лежал, подобранный в тон, платок с голубыми цветочками. Я надел пиджак и взял кольт. Дошли быстро. Народу в корчме было значительно больше, чем днем, но, несмотря на открытые окна, плавал табачный туман, временами делая лица сидящих людей мутными и безликими. Где-то в глубине зала играла гармошка. У стены, напротив стойки, были сдвинуты вместе два стола, за которыми сидела компания из семи человек, нарядно одетых, в костюмах и галстуках. Кое у кого из них на пальцах искрились камнями перстни. Остальные клиенты расселись маленькими компаниями или парами, но при этом было видно, что все друг друга знают. Свободными оставались только два стола. Быстро обежал глазами зал, но Седого с его головорезами не увидел. Изя уверенно направился к одному из свободных столов. Хотя стол стоял боком к залу, но я постарался сесть так, что вход и большая часть зала просматривались. В городе шпионов, бандитов и контрабандистов, надо быть предельно осторожным. Если бить, то первым и наверняка, а если убегать, то так, чтобы сразу затеряться.

Не успели мы сесть, как к нам подошла подавальщица, но уже другая женщина, не Тереза. Я уже отметил для себя, что сейчас работают две женщины.

— Добры вечар, Павлинка, — поздоровался с ней Изя, а за ним Софа.

Она только кивнула им, как старым знакомым, и сразу спросила: — Есть сейчас будете?

— Покорми Софу и этого молодого человека. Я потом поем.

— А у этого молодого есть гроши? — усмехнувшись, спросила она еврея.

— Есть, тетка, — ответил я ей грубовато. — Говори, что есть вкусного?