Читаем Наследие Бурале полностью

Вся эта ситуация не имела бы большой журналистской ценности, если бы не события, произошедшие на следующий день. Патрик Мазурек – журналист, окончивший в Абрахамский университет, посвятивший последний год жизни «Белому расследованию», – был найден мертвым в своей съемной квартире.

ГЛАВА 3

«ДОМ»

– Алло, Маргарита, привет… – Иван говорил по громкой связи.

– Иван Дмитриевич, слушаю вас.

– Вы где сейчас?

– Уже подъезжаем. Думаю, можно готовиться к ужину.

– Отлично. Как прибудете, я скажу Ильдару, чтобы он вас встретил.

Иван Дмитриевич сидел в своем кабинете. Он долго смотрел на пустую маленькую рамку для фотографии. Перевел взгляд на стены, отделанные дубовыми панелями, с восточный стороны заставленные книжными полками. Большинство книг не имели перевода на русский. Верхние полки хранили самые редкие и старые издания: «Сказ о древних пацитири», «Северный кадат», «Искусство приближения», «Ночные странствия Сканди» Джерома Нэша, «Колесники и их обычаи» Пана Укаша. Западная стена представляла собой галерею – на ней висело множество фотографий и картин, рассказывающих историю жизни Ивана. Фотография с Варшавского вокзала 1961 года, когда Иван Салтыков прибыл в Польшу. Первое большегрузное судно, уходящее в Китай. Фото, на котором Иван Салтыков стоит в пуховике и ватных штанах на арктическом острове Принца Фатели…

Он опустил руки на холодные металлические обода колес. Сделал пару движений и подкатил к фотографии небольшого формата. На ней стоял взрослый мужчина, обнимающий ребенка. Отец и сын.

– Ублюдок… – он произнес это так, будто боялся чьей-то реакции.

Два коротких стука.

– Иван Дмитриевич, извините…

– Да, Ильдар, я не занят.

– Можем начинать накрывать на стол?

– Да. Только горячее не подавайте пока что. Маргарита сказала, что они уже подъезжают. Но, я думаю, моему внуку захочется отдохнуть перед ужином.

***

Иван Дмитриевич сидел в инвалидном кресле в центре большого холла. За его спиной стремились вверх две полукруглые лестницы. Холл, как и кабинет, полностью покрывали дубовые панели, источающие легкий древесный аромат. Иван Салтыков не терпел нагромождения мебели – в холле была лишь пара ярких декоративных элементов интерьера. Одним из них была картина, изображающая простенькое архитектурное сооружение с подписью «Дом».

По правую и левую сторону от Ивана стояли двое: Ильдар, молодой человек в белой рубашке и классических брюках, и Назира —тучная женщина средних лет в бледно-зеленом платье и белоснежном кружевном переднике. Ее волосы были аккуратно собраны белой заколкой. Вся троица имела спокойный, выжидающий вид.

– Что-то они долго, – Иван нервно сжимал подлокотники кресла.

– Не переживай, Иван Дмитриевич, мне кажется, они на подходе. Две минуты назад Александр с поста сообщил, что они уже на территории, – Назира положила руку на плечо Ивана.

– Если он сильно похож на моего сына, мне будет сложно найти с ним общий язык.

– Вы так долго ждали этой встречи… Думаю, ваше негодование улетучится, как только вы узнаете его поближе, – учтиво склонил голову Ильдар.

– Слушай, ты ведь понимаешь, что он тебя ни разу не видел. Не нужно его пугать своей нервозностью, – Назира была более напористой.

– Тогда помогите мне…

Двустворчатая резная дверь открылась, и в дом вошел юноша лет шестнадцати с чемоданом. Иван Дмитриевич выдохнул. От отца внуку достался только высокий рост и чуть вздернутый нос – отличительная черта всех Салтыковых. В остальном он был копией своей красавицы мамы. За ним вошла Маргарита с большой дорожной сумкой. Иван еще секунду молчал – не знал, что сказать. А потом выдал:

– О мой дорогой внук, здравствуй!

– Здравствуйте, Иван Дмитриевич. Я рад с вами познакомиться, – неуверенно отозвался гость.

– Ну что ты, можешь его обнять, – Маргарита подтолкнула юношу в спину.

– О нет-нет, в этом доме мы не настаиваем, – Иван сделал пару оборотов колес и приблизился. – Спасибо, что согласился приехать и навестить своего старика, – он крепко пожал руку внуку. – Я думаю, что… Ильдар, чего стоишь? Возьми вещи нашего гостя, – сказал Иван, вглядываясь в глаза внука. Он искал в них сына. – Ты… мы ведь можем на ты?

– Я не смогу обращаться к вам на ты, – ответил гость.

– Разрешите? – Ильдар взял чемодан и дорожную сумку Маргариты.

Иван Дмитриевич смешался, засуетился:

– Что же это я… Маргарита проводит тебя в твою комнату, где ты сможешь разложить вещи, отдохнуть, если нужно. Через полчаса будем ужинать. В комнате уже все готово и ждет тебя, – он указал на лестницу справа. – Знал бы ты, как я хочу узнать о тебе побольше, расспросить тебя! А еще больше – рассказать.

– Спасибо вам, – кажется, внук был в не меньшем смятении, чем Иван. – Я в Казани уже был, но так далеко от города не отъезжал. У вас очень красивый поселок. И да – у меня к вам тоже много вопросов.

– Да, – отвечал Иван медленно и воодушевленно. – Я долго выбирал место, где я могу провести… Где могу пожить для себя. Тогда давай следовать плану. Маргарита! – Иван жестом снова указал на лестницу.