Читаем Наша судьба связана красным (Our Fate Is Red) (СИ) полностью

Мэнди наклонилась ближе. Она закрыла глаза и эротично поджала губы. Йен все еще не мог придумать, как поступить. Он запаниковал.

— Я гей! — выкрикнул он.

Мэнди понадобилось время, чтобы как следует переварить услышанное, прежде чем отпрянуть от него и нахмуриться.

— … что? — спросила она в недоумении.

— Ты очень красивая и замечательная подруга, Мэнди, но я просто… Я не так устроен. — Йен постарался подобрать правильные слова, надеясь, что она, черт возьми, не окажется такой же гомофобкой, как ее отец.

Как только до Мэнди дошло, что это не шутка, она шумно вздохнула.

— Ох… хорошо, — немного разочарованно сказала она, но без каких-либо признаков враждебности. — Так, значит, твоей родственной душой является парень?

Йен не хотел рассказывать ей, что у него больше никого нет. В последнее время, когда Микки практически не отходил от него на шаг, он как-то подзабыл об этом маленьком факте.

— Да… да это он, — прошептал Йен.

— Мой брат об этом знает? — внезапно спросила Мэнди, с осторожностью глянув в сторону дверного проема.

Йен заколебался. Он знал, что Микки его убьет, если он скажет правду, поэтому он покачал головой.

— Нет. Пожалуйста, не говори ему.

Мэнди кивнула в знак согласия.

— Да, мои братья те еще придурки, когда дело доходит до подобных вещей. Не переживай. Я сохраню твой секрет.

Йен усмехнулся.

— Спасибо, Мэнди, — облегченно вздохнул он.

Мэнди широко улыбнулась.

— Если кто-то заподозрит об этой херне, я тебя прикрою.

Йен рассмеялся.

— Я даже не сомневался в этом.

— Какого хрена!? — они оба повернули головы, увидев в проеме Микки, который, наконец, вернулся.

Мэнди даже не сразу поняла, что все еще сидела на коленках у Йена, и Микки определенно имел это в виду. И да, он был еще больше на взводе, чем обычно.

— Ты, блядь, серьезно? — прорычал он. — Я оставляю вас наедине на пару чертовых минут, а вернувшись, вижу что ты хочешь трахнуть моего друга? Ты чертова шлюшка!

Глаза Йена расширились от ужаса. Он не мог поверить, что Микки сказал так про него. Он улыбнулся искренней и самой глупой улыбкой.

Мэнди закатила глаза и слезла с Йена.

— Придурок, — пробубнила под нос она. — Он тоже мой друг, ты же знаешь.

Микки бросил в ее сторону насмешливый взгляд.

— В твоих мечтах, — крикнул он. — Давай же, Галлагер. Пошли в мою комнату, пока эта сука, через несколько гребаных минут, не вздумала, второй раз покуситься на твой член.

Мэнди еще раз закатила глаза, но спорить не стала. Она отвернулась и продолжила игру.

— Ладно. Потом, Мэнди, — сказал напоследок Йен, следуя за ее братом в комнату. Она улыбнулась ему, и они оба поняли, что им чаще следует разговаривать друг с другом наедине. Как только Йен оказался в комнате Микки, тот, захлопнув за ним дверь, прижал его в стене начал расстегивать его брюки.

— У нас примерно час до того, как отец вернется домой, — тихо сказал Микки, игриво улыбаясь.

Йен закусил губу, но так и не сумел сдержать глупой улыбки в ответ. Он никак не мог перестать чувствовать это головокружение, стоило только Микки начать показывать свои настоящие эмоции.

Это было официально: они были друзьями. Друзьями, которые время от времени, отсасывали друг у друга.

Это было лучше, чем ничего.

Комментарий к Глава 6: Дружба

«Пицца-роллы»* - готовые небольшие булочки, глубокой заморозки *те, что нужно запекать в духовке*, на основе китайских яичных рулетиков, одно из самых популярных блюд в Америке, но все ингредиенты как в классической пицце.

========== Глава 7: Медленно ==========

Когда Йен почувствовал, что такое — быть другом Микки, то понял, что нуждался в чем-то большем. Копнув глубже, сразу становилось ясно, что их чувства друг к другу становились сильнее, чего никак не хотел признавать Микки. Даже будучи наедине, он не собирался признавать, что ощущал зависимость от рыжего. Микки начал осознавать, что с самого начала они отличались от друзей с привилегиями.

Йену было неприятно видеть это, поскольку он начинал всерьез влюбляться в Микки.

Йен старался не вспоминать, про свои отношения с Роджером и то, чем в итоге все закончилось. Он не мог объяснить почему, ведь знал, что он и Микки — не часть одного целого. Однако его тело всегда по-разному реагировало на Микки и, какая-то его часть, хотела верить, что они все же являлись родственными душами.

Но, может быть, Микки и не чувствовал этого. Он ведь должен был иметь свою вторую половинку, верно? Йен тяжело вздохнул. Чем больше проходило дней, тем сильнее и сильнее ему хотелось узнать это.

Лучи утреннего солнца проникали через окна, Йен целовал каждый обнаженный дюйм кожи Микки, пока ему это позволяли. Отец Микки был в отъезде, а его братья и сестра чем-то заняты, так что Микки разрешил Йену остаться и трахать его на протяжении всей ночи.

Они уже трахались этим утром, и Йен с удовольствием нежился в утренних лучах. И жаждал поцеловать Микки в губы. Ему хотелось почувствовать какую-то отдачу, возможно, отыскать компромисс.

Но он знал Микки слишком хорошо, чтобы понимать, что этого никогда не произойдет.

— Сколько у меня времени до того, как мне придется уйти? — спросил Йен, нарушив тишину.