Читаем Наша служба полностью

– Ну, хороший удар в бубен помогает не только при встрече с призраками.

Вантиар обиженно засопел.

– Ладно-ладно! Верю! Ты шаман! – успокоил готианца Семёныч. – Тогда скажи, как ты думаешь, что из себя представляет этот корабль-призрак?

– Думаю, это старый разбитый транспорт, которым управляют скелеты. – Вантиар задумался и добавил: – Хотя это могут быть экзоскелеты, ракушки или кристаллические образования. Зависит от расы погибших астронавтов.

– Понятно, – скептически заявил Семёныч.

– Я бы не спешил так отметать мою версию! – возмутился готианец. – Вы даже не представляете, что может сделать гигантская устрица-зомби!

– А ты представляешь?

– Ну… Приблизительно. Мне с детства снятся кошмары, в которых меня они преследуют.

– Ясно. Будем думать, что делать с устрицами. А сейчас поговорим о другом, – сменил тему Семёныч. – С твоего корабля что-то пропало?

– Нет. Я потому и не придал этому происшествию никакого значения.

– А из контрабанды?

Готианец демонстративно округлил глаза и прижал руки к груди, изображая полную невинность.

– Какой контрабанды? За кого вы меня принимаете!

– За тебя же и принимаем. Что везёшь?

– Да так, мелочовку всякую, – неопределённо ответил готианец. – Всё законно!

– Не сомневаюсь, – улыбнулся старшина.

Под пристальным взглядом Семёныча Вантиар сник.

– Я? Ну… Да вот…

– Пошли-ка осмотрим твой трюм.

– Э-э-э… А зачем?

– Для профилактики.

Они направились на корабль готианца.

– Как вы можете так поступать, старшина? – ныл готианец, пока они шли на корабль. – У меня психологическая травма!

– У тебя она не психологическая, а генетическая. Открывай трюм.

Гаишники вошли в трюм и осмотрелись. Готианец нервно потирал руки.

– Ага. Оружием, значит, решил торговать, – строго заявил Семёныч, пытаясь сдержать улыбку и глядя на груз фруктов. – Так, что тут у нас? Лимоны, гранаты… С этим всё ясно. Красный перец? Наверное, заказчик просил что-то ядерное. О! А что тут делает зелёный грейпфрут?

Готианец понурил голову.

– Продавец сказал, что это как лимонка, только круче. Меня ведь не надули?

– Да ты что! Нет, конечно! Как же, тебя надуешь! А в ящиках что? Давай-давай, показывай!

Готианец открыл контейнер. В нём оказались кнопки. Самые разнообразные.

– И что это? – спросил Семёныч.

– Ну… Как видите. Оружие массового поражения.

– Да?

– Вот красные кнопки. Я слышал, что именно они запускают ядерные бомбы. С другими цветами я ещё не разобрался, побоялся экспериментировать, но думаю, что зелёные запускают биологическое оружие, а вот эти, с буквами, – готианец ткнул пальцем в кнопки, явно выдранные из какой-то клавиатуры, – эти, наверное, запускают информационные бомбы.

– Ну да! Ты прав! Самые страшные! Особенно вот эти. – Семёныч достал из ящика кнопки с буквами и сложил из них слово «БУХ».

Готианец испуганно смёл кнопки со стола.

– Пожалейте! Каюсь! Ведь всё ради пропитания паствы малой!

Пока Семёныч потешался над грузом, Прокофьев присматривался к Вантиару. Антон заметил, что готианец постоянно поглядывает искоса на стену, словно боится, что гаишники обратят на неё внимание.

Прокофьев подошёл к стене и постучал по ней. По трюму разнёсся глухой звук.

– А в тайнике что? – спросил сержант.

Готианец начал затравленно озираться.

– Давай-давай, – подбодрил его Семёныч. – Открывай. А то я щас ещё такое из буковок сложу!

Готианец совсем скуксился. Тяжело вздохнув, он достал из тоги пульт и нажал на кнопку. Часть стены скользнула в сторону.

Семёныч заглянул в нишу и недоуменно повернулся к Вантиару.

– Противосолнечные очки?

– Ну да. Честно говоря, я вас, людей, не понимаю. Противотанковая ракета стоит много, хотя может взорвать лишь танк, а противосолнечные очки – мелочь. Видимо, их никто не покупает. Кому же нужно солнце уничтожать?

Вопрос Семёныч оставил без ответа.

– Так, Вантиар, мы забираем пару ящиков лимонок и гранат для анализа. Остальное оставляем тебе.

– Что, правда?

– Мы же не звери! Тебе же тоже семью кормить нужно!

Гаишники покинули корабль готианца под аккомпанемент его радостных возгласов и благодарности.

– И что вы теперь скажете? – спросил Прокофьев, когда они вернулись на станцию.

– Вантиар подтвердил мои подозрения. Это пираты.

– Какие пираты?

– В этом секторе заведует контрабандой и прочими махинациями некий Маленький Плюх.

– Вы считаете, это его рук дело?

– Не рук, а ложноножек. Он мокрянец, – исправил Семёныч. – Нет. Не его. На кой ляд ему весь этот маскарад? Наверное, кто-то решил подгрести его территорию под себя. Вот и начал потрошить суда, а попутно шумихи наделал, чтобы подорвать авторитет Плюха. Они получают наводки на корабли, везущие контрабанду, и потрошат их. Себе нажива, авторитету Плюха урон. Да тут дали маху. Наводчик дал информацию, что Вантиар везёт контрабанду. Корабль перехватили, да что с готианца возьмёшь? Потому они и отпустили его, лишь посмеявшись.

Когда Прокофьев перенёс на склад ящики с фруктами и вернулся на пост, то стал свидетелем скандала. Закатил его, конечно же, Семёныч.