Читаем Наша служба полностью

Рыков повернулся к экрану, увидел скалящегося Семёныча и поспешил сказать:

– Это… Нам аппаратуру новую привезли. Очень хрупкую…

– Модель галактики. Со звёздами из хрусталя, – ухмыляясь, подсказал Семёныч.

– Да-да-да! Ты тоже слышал о ней? – ухватился за подсказку Рыков и быстро сменил тему: – Так что там у вас случилось?

– К нам тут какие-то Додики пожаловали.

Рыков нахмурился.

– Какие ещё додики?

– Братья Додики. Фамилия у них такая.

Рыков недоверчиво посмотрел на старшину и заметил:

– Ненормальная фамилия.

– Да они и сами не совсем нормальные. Точнее, совсем ненормальные. Охотники за привидениями.

– Вот оно что. – Рыков сложил руки домиком. – А Санта-Клаус к вам не пожаловал на реактивных оленях? Семёныч, если вы уже праздновать начали…

– Санта-Клауса не заметил, – спокойно перебил полковника Семёныч. – Но у этих бумага любопытная есть. Подписанная сенатором Мацуоли.

– Это который…

– Он самый.

Полковник хлопнул ладонями по столу.

– Значит, так, Семёныч. Я не знаю ни про каких додиков. Ни про каких охотников. Ни про каких привидений. Так что можешь сходить с этой бумагой в сортир и не отвлекать меня по мелочам. Всё. Отбой.

Экран погас.

– Так что, отменяем стыковку? – спросил Прокофьев.

– Зачем? Пусть причаливают. Окажем им гостеприимство. Приготовь для них комнаты в третьем секторе.

Прокофьев шагнул было к выходу, потом сообразил, что сказал Семёныч, и застыл с поднятой ногой.

– Так это же камеры!

Ухмылка Семёныча была красноречивее любого ответа.

Прокофьев уже дошёл до двери, когда снова зазвучал сигнал вызова. Семёныч включил приёмник. На экране снова появился Рыков. Очень недовольный. Старшина был уверен, что это вызвано тем, что Колодин все-таки умудрился уронить ящик. Однако, после того как полковник трясущимися руками вытер пот со лба, понял, что настроение Рыкову испортил кто-то с высоким званием и низким интеллектом.

– Слушай, Семёныч. Мне тут только что позвонили… Надеюсь, ты ещё не использовал ту бумагу «по назначению»? Нет? Это хорошо. Значит, так: этим трём додикам оказать максимальное содействие. И учти, пока корабль-призрак не будет пойман, о праздновании Дня Гаишника можете даже не думать. Ясно?

Семёныч тяжело вздохнул, потом козырнул:

– Есть оказать Додикам максимальное содействие.

В ожидании охотников гаишники расположились возле шлюза. Прокофьев прислонился к стенке, Семёныч присел на кучу ящиков с обычным выражением пофигизма на лице. Похоже, его раздражение прошло сразу же после получения приказа от Рыкова. Теперь он чувствовал себя в своей тарелке. Приказ получен, есть что игнорировать, а значит, нужно поскорее разделаться с возникшей проблемой и забыть о ней.

Прокофьев, у которого из головы всё не выходили слова Додиков, спросил:

– Семёныч, а что вы думаете об историях с кораблями-призраками?

– То же, что и об историях со шлюпками-вампирами, катерами-чупакабрами и дредноутом на курьей ножке.

– Такие тоже есть? – ошеломлённо спросил Прокофьев.

– Таких тоже нет.

Прокофьев задумчиво почесал затылок.

– Но ведь откуда-то эти легенды берутся. Я слышал истории про корабли, которые потерпели крушение, и теперь их призрачная команда вынуждена бороздить просторы космоса в поисках дороги домой.

– А я слышал про транспорт, который вёз сотню клоунов на межпланетные цирковые соревнования и столкнулся с метеором. И теперь этот фантом гоняется за кораблями, а клоуны-призраки пробираются на борт и пытаются рассмешить пассажиров. Говорю тебе, чушь всё это.

– Но как вы можете быть настолько уверены? – горячо возразил Прокофьев, с детства считавший космические страшилки самыми интересными историями. – Ведь во Вселенной столько непознанного! Например, двести лет назад люди даже не догадывались, что существуют расы, состоящие из воды, камня! А сейчас этим никого не удивишь! Так почему не может существовать призраков?

– Не путай суеверие и необразованность. Хотя первое проистекает из второго, но мистика вызывает страх и ступор, а научная загадка – любопытство и желание её решить. Всё можно объяснить научно. Бояться нужно реальных вещей.

– Например?

– Например, трёх нарядов вне очереди, если не перестанешь донимать меня глупыми вопросами.

Прокофьев обиженно замолчал.

Ждать пришлось недолго. Над шлюзом засияла зелёная лампочка, и дверь, тихо вздохнув, сдвинулась в сторону. Лишь для того, чтобы снова остановиться.

В образовавшуюся трёхдюймовую щель просунулся щуп с какими-то датчиками на конце и начал вращаться из стороны в сторону. Семёныч устало вздохнул и, глядя прямо на прибор, покрутил пальцем у виска. Судя по лицу старшины, он очень надеялся, что на щупе есть камера и его изображение видно охотникам.

Через некоторое время прибор исчез, дверь скользнула в сторону полностью и на пост вошли охотники. Правда, слово «вошли» не совсем подходило для описания происходящего. У Прокофьева возникло ощущение, будто толпа ребятни играет здесь в «спецназ».