Читаем Наша юность полностью

— Да. Безусловно, я все ещё люблю Дениса, просто сейчас не время для наших с ним отношений. А как ему это объяснить?

Я пожала плечами.

— Не объясняй. Расскажи ему лучше про Валеру. Ну, вы же друзья, доверься ему. А вообще, реши уже, чего ты хочешь от Дениса и когда. И от, Валеры, кстати, тоже. Они оба далеко от тебя, но Денис ближе.

— Это слишком важное решение, мне надо подумать.

***

В воскресенье мы с девочками пришли навестить Каролину.

— Ну, как твое самочувствие? -спросила Соня, садясь на кровать.

— Бывало и лучше, -вздохнула Лина, включая в комнате свет.

— О! -обрадовалась я, -Ты гирлянды повесила. Выключи свет, давай лучше их включим.

Мы включили гирлянды, сели на диван и Соня сказала:

— У Максима девушка появилась. Та самая его подруга. И у Кирилла, кстати. Миша проговорился.

— А он откуда знает? И кто она? -в один голос спросили мы.

— Наверное, от общих знакомых, -пояснила Софья, -они же не общаются больше. А кто не знаю. Но не из нашего города.

— Кстати, Женя, ты куда вчера пропала? -вспомнила я.

— Да мама опять. Выходные же. Не рассчитала бутылки, видимо, упала в прихожей, не дошла до комнаты. Мы с мелким дотащили ее до кровати, он в истерике, мол, что с мамой, может, ей плохо? Я сама испугалась, стала папе звонить, но он на работе был, поэтому не взял трубку. Уложила мелкого, сама всю ночь с ней просидела. Она проснулась с утра как ни в чем не бывало, начала расспрашивать меня, мол, как там Паша, не объявлялся ли, я ответила, что все тихо, про Лешу с ней немного поговорили. Потом она мне стала рассказывать про свои пятнадцать-шестнадцать лет, рассказывала, как убегала из дома через окно, встречала рассветы с моим родным папой, много чего еще рассказывала… и я задумалась. А что было у меня в этом возрасте? Страдания из-за Паши. Слезы, истерики, поиски встреч с ним. Да, я тоже убегала из дома к первой любви, но потом возвращалась и рыдала в подушку сутками. Вон, Алиса и Лина, сколько у вас интересных совместных историй, а ведь вы и меня пытались втянуть в свои приключения, но что делала я? Отказывалась либо потому, что я была с ним, либо потому, что я страдала из-за него. Я столько всего упустила в своей юности. Упустила то, что не вернется. И пока у меня еще есть время, я хочу все это наверстать.

— Как наверстывать будешь? -поинтересовалась Соня.

— Позже вам расскажу. Ладно, хватит обо мне. Что у вас еще нового?

— Я не знаю, можно ли считать это новым, но я заметила… -начала я.

— Что на тебя смотрит Глеб? -хором продолжили подруги.

— Откуда вы знаете? -удивилась я.

— Мы ведь не об этом говорим тебе последний месяц, правда? -спросила Соня.

— Так, это не смешно! Он смотрит на меня и улыбается. Причем только тогда, когда Ларисы нет рядом.

— Тебе надо перестать думать о нем.-сказала Лина.-Забудь уже про него, нужно дальше двигаться. Будут у тебя еще друзья, не держись за него.

— Напиши ему письмо и сожги.-предложила Женя.

Я улыбнулась.

— Кажется, это самое я тебе советовала насчет Паши. И тебе не помогло.

— Да, -кивнула Женя, -а тебе поможет. Тебе просто надо выплеснуть все мысли, что есть у тебя в голове, и тогда ты будешь меньше думать о нем.

— Моими фразами говоришь! -шутливо возмутилась я, -Ладно, попробую.

— Помните, -начала Лина, -у Сережи появилась машина?

Это был тот самый Сережа благодаря которому когда-то началась наша дружба с Глебом. Сейчас все мы были в хороших дружеских отношениях с ним.

Мы кивнули, Лина продолжила:

— Ну, Женя знает, Уля сейчас с ним катается. И знаете что? Она взяла и рассказала ему про нас с Игорем.

— Прям все рассказала? -поразилась Женя.

— Ну, я уже полгода говорю, что Ульяна… -сказала Соня.

Лина опять стала говорить:

— Я поговорила с Сережей, сказала ему что это неправда, но вряд ли он поверил.

Мы еще немного поговорили, потом я и Женя ушли, а Соня осталась у Лины.

На следующий день заболела Соня. Видимо, заразилась от Каролины.

Вернувшись из школы, по наставлениям Жени, я села писать письмо Глебу. Но не написала и пары строк, как в дверь постучали. Я открыла и увидела на пороге Мишу.

— Я захотел тебя увидеть.-сказал он.

— Хоть бы предупредил…

— Тогда бы ты точно меня не пустила.

— А если бы у меня дома были родители?

— Ничего страшного, познакомился бы с ними.

— Самоуверенно, однако.

Миша снял куртку, прошёл в зал и сел на диван. Я села рядом. Он посмотрел мне в глаза и попросил:

— Расскажи что-нибудь.

— Что например?

— Ну, например, что тебя беспокоит?

Я села поудобнее и стала говорить:

— Существует теория, которая гласит, что после остановки сердца человеческий мозг живет ещё какое-то время. И за это время в переломленном сознании могут происходить разные вещи. Одна из них — мы можем прожить свою жизнь заново в своём подсознании. И так может быть бесконечно. Мы можем умирать, забывать все, рождаться ещё раз. Получается, мы застряли в своей голове. После смерти ничего нет. Только наше переломленное сознание, семь минут жизни для которого кажутся вечностью. А представляешь, если и сейчас все нереально? Если сейчас — маленькая частичка нашей бесконечной жизни?