Читаем Наш Современник, 2008 № 10 полностью

КАЗИНЦЕВ Александр Иванович родился 4 октября 1953 года в Москве. Окончил факультет журналистики МГУ имени М. В. Ломоносова и аспирантуру при МГУ. С 1981 года работает в "Нашем современнике". Автор книг "Лицом к истории", "Новые политические мифы", "Россия над бездной. Дневник современника. 1991-1996", "В поисках России", "На что мы променяли СССР? Симулякр, или Стекольное царство". Секретарь Правления Союза писателей России. Действительный член Петровской академии наук и искусств. Лауреат премий "Умное сердце" имени А. Платонова, имени братьев Киреевских, "Югра", "Прохоровское поле". Живёт в Москве

Международные успехи Владимир Владимирович, похоже, ценит больше всего. И это понятно. Если экономический подъем — результат не столько умелого менеджмента, сколько фантастического взлёта нефтяных цен (на что Путину не раз указывали деятели ельцинской команды, к примеру, Б. Немцов), то мировой престиж России — дело его рук. Упорно, когда уклончиво, а когда и неуступчиво, он выстраивал отношения с глобальными центрами силы и лично с руководителями крупнейших государств.

Возрождение или, говоря современным технологическим языком, "пересборка" страны осуществлялась Путиным авторитарными методами. Он "рав-ноудалил" олигархов, хотя странную, на сторонний взгляд, симпатию к Роману Абрамовичу пронес через все восемь лет президентства ("Путин воспринимает Абрамовича чуть ли не как любимого сына, а когда Абрамович входит в комнату, у Путина лицо начинает светиться", — свидетельствует английская "Дейли мэйл"*.).

Обуздал регионалов. Впрочем, справиться с наиболее влиятельными из них — Ю. Лужковым, М. Шаймиевым, М. Рахимовым — Путину так и не удалось. Партии были низведены до положения статистов.

Для меня наиболее важно его отношение к народу. Путин решительно и бесцеремонно отодвинул народ от политики. Последовательно лишив права выбирать региональное начальство, представителей в Совете Федерации да и фактически в Госдуме (голосуют теперь не за конкретных кандидатов, а за партийные списки).

Скажут, что у Владимира Владимировича не было другого выхода. Не соглашусь. Приближенные на первых порах убеждали, что президент вот-вот обратится к народу, изложив программу и призвав к совместной работе по ее воплощению. "…Обращение Путина к обществу, к народу очень актуально, и нам предстоит его услышать", — утверждал О. Павловский, слывший тогда главным оракулом Кремля ("Завтра", № 19, 2001).

Насколько искренним было желание Путина опереться на энергию масс, да и было ли оно вообще, судить не берусь. Во всяком случае, за все годы президентства он так и не объяснился с народом. Так называемый план Путина возник лишь в конце 2007 года и то, скорее, в качестве пиар-хода, а не как конкретная программа.

Народ не особенно требовал конкретики. Социологические опросы, начиная с 2000 года, фиксировали две тенденции — рост популярности Путина и падение интереса к политике. Любопытно, на излете путинского правления число респондентов, доверявших ему в вопросах политики, превысило число тех, для кого важно собственное мнение. Соотношение: 27% к 25% ("Время новостей", 28.03.2007).

Такой настрой обеспечил блестящее проведение операции "Преемник". Еще в 2007 году 38% опрошенных заявляли, что на выборах проголосуют за кандидата, предложенного Путиным ("Независимая газета", 20.02.2007). А спустя год за малоизвестного Дмитрия Медведева, назначенного "преемником", проголосовало чуть ли не в два раза больше.

Достойный итог своеобразного эксперимента: можно ли в XXI веке управлять страной по образцу николаевского царства первой половины века XIX.