Читаем Наш Современник, 2007 № 07 полностью

Насколько правомерно сводить двух азиатских гигантов в общий блок - вопрос, во всяком случае, для меня. Слишком сильны противоречия Японии и Китая. Слишком укоренена в Токио традиция партнерства с Вашингтоном, как раз против Пекина направленного. Впрочем, не лишены основания ожидания авторов, связанные со сменой первых лиц в Стране восходящего солнца. Впечатляет и указание на экономические подвижки: "Китай стал крупнейшим торговым партнером Японии".

Не люблю фантазировать, поэтому о будущем складывающегося, по утверждению газеты, блока скажу словами ее авторов: "Можно предположить, что за несколько ближайших лет "естественным путем" на основе единой азиатской валютной единицы ACU к этому блоку будут подтянуты и такие нынешние "бастионы американского влияния" в Азиатско-Тихоокеанском регионе, как Южная Корея и Тайвань. Не говоря уже о собственно китайской зоне влияния, распространяющейся сегодня не только на Гонконг, Сингапур, Малайзию, Индонезию, но уже и на Филиппины, и на Австралию, и на ряд государств Южной Америки (Венесуэла, Куба, Боливия). При этом Япония становится научно-технической кузницей "Тихоокеанского блока", а КНР - его промышленной, военной и финансовой опорой".

Насколько полно осуществится это вдохновенное пророчество, гадать не берусь. Но то, что тихоокеанский рынок существует, быстро растет и в перспективе будет стремиться к политическому оформлению, - факт несомненный. Поэтому вывод, сделанный "Завтра", представляется вполне обоснованным: "Нарастание конфликтного потенциала между этими двумя глобальными "центрами силы", судя по всему, грозит стать основным содержанием мировой истории - как минимум, на предстоящее десятилетие".

В этих тектонических процессах, определяющих новую политическую структуру мира, Иран оказывается на "линии разлома". Европа,

похоже, его сдаст - пусть даже с огромным ущербом для себя. Выживание Исламской Республики в данной ситуации зависит не столько от конкретных мер (согласие на требования "евротройки" или отказ от них и пр.), сколько от решимости и воли её руководителей и её народа.

Между прочим, в том же положении - и в силу тех же причин - находится Россия. Она сама является объектом жесткого внешнего воздействия. И в то же время вовлечена как самостоятельный игрок в иранский кризис. Чем, в частности, объясняется трагическая непоследовательность позиции Москвы.

До недавнего времени Россия считалась верным союзником Тегерана. Она взялась достраивать Бушерскую АЭС. Она поставила крупную партию зенитных установок "Тор" для защиты этого и других стратегических объектов Ирана. И, может быть, самое важное: Москва прикрывала Тегеран в Сов-безе ООН, намекая на готовность наложить вето на любую резолюцию, предусматривающую применение силы.

Важно подчеркнуть: сотрудничество России с Ираном - не улица c односторонним движением. Оно в з а и м о в ы г о д н о. Одно лишь участие в амбициозной ядерной программе могло принести нашей стране до 10 млрд долларов ("Уолл-стрит джорнэл", 28.03.2007). Существуют и менее рискованные области для сотрудничества. Эксперты отмечают: "Иран - стабильный рынок сбыта российских машин, оборудования и транспортных средств. Вместе с металлопродукцией доля этих товаров в российском экспорте составляет 80%" ("Независимая газета", 16.01.2006). В условиях, когда зарубежный спрос на продукцию отечественного машиностроения катастрофически падает, иранское направление становится особенно важным для нашей промышленности.

Перспективны общие проекты в нефтегазовой отрасли. Газпром разрабатывает месторождение "Южный Парс". Возможно его участие в строительстве газопровода Иран-Пакистан-Индия. Это сулит не только солидные прибыли, но и позволит переориентировать энергетические потоки с Запада на Восток, что в перспективе снизит зависимость России от европейских рынков сбыта.

В силу своего географического положения Иран - транзитный узел, соединяющий наиболее динамично развивающиеся регионы мира с важнейшими сырьевыми районами. Неслучайно американцы рвутся сюда. В отличие от них, России не требуется применять силу, чтобы установить контроль над трансконтинентальными потоками товаров. Уже несколько лет успешно действует транспортный коридор Север - Юг, соединяющий Балтику с Персидским заливом через Каспийское море.

Немаловажно и то, что позиции РФ и Исламской Республики по Каспию, в частности по вопросу о морских границах и контроле над нефтеносным шельфом, совпадают.