Читаем Наш Современник, 2005 № 12 полностью

Однако, несмотря на огромные потуги, никакой системы сотворить не удалось по нескольким причинам. Во-первых, потому, что в реальной жизни ее как таковой не было вообще. Во-вторых, те отрывочные мысли, которые иногда рождались в голове генсека, были столь сумбурны и противоречивы, что выстроить их в единую логическую цепь невозможно. Вот как о начальном этапе деятельности Горбачёва говорит Георгий Корниенко, бывший первый заместитель министра иностранных дел СССР, а позже первый заместитель заведующего Международным отделом ЦК КПСС. Начиная свою высокую карьеру на посту генсека, он не знал, с чего начать и что делать, как говорится, полез в воду, не зная броду. «…Никакого просветления со стороны Горбачёва не было, а дальше начинается то, что я могу объяснить действиями человека, который является по объективным интеллектуальным данным умным дураком, — пишет Корниенко. — Будучи неспособным родить никакой концепции, кроме антиалкогольной, Горбачёв в то же время не признавал команды единомышленников, способной разработать стратегию реформ. Его сверхэгоцентризм вел к тому, что он отрицал необходимость иметь концепции. На совещаниях он прямо говорил: „Бросьте вы эти концепции, решили делать, надо начинать делать, а там жизнь подскажет, что правильно“».

Видимо, сознавая невыполнимость задачи, авторы «презента» — возможно, с подсказки Горбачёва — начали ругать его предшественников. Дескать, темпы экономического роста при них упали до нуля. Но фондовские щелкопёры забыли сказать об одном важном факте, который наверняка бы не понравился патрону. Суть его проста и очевидна. В 1985 году, когда Горбачёв еще только примерялся к главному кремлёвскому креслу и не успел влезть в экономические вопросы, у Советского Союза по существу не было ни внешнего долга, ни дефицита бюджета. Но наш реформатор быстро сумел всё изменить. В 1991 году внешний долг составил 120 млрд долларов, дефицит бюджета 109,3 млрд рублей. 3олотой запас государства за этот короткий срок уменьшился в 10 раз.

Наемные творцы доклада делают вид, что не знают этой пустяковой детали. И тотчас берутся доказывать, почему были низкие темпы. Оказывается, беда состояла в том, что военные тратили немыслимые деньги на себя и на оборону. Хотя, будь поначитаннее, они бы знали, что советский военный бюджет был достаточно скромным и существенно уступал расходам на армию и оборону в США.

Авторы с сожалением пишут о том, что «сторонники перехода к капитализму находились в явном меньшинстве. Наиболее популярной, — пишут они, — оставалась идея очищения социализма от деформации». В такой обстановке и сам Горбачёв маневрировал, предлагая многие благоглупости вроде построения социализма с человеческим лицом. И здесь авторы «презента» всё валят в одну кучу. Вот если бы во времена Горбачёва не мешали «коррупция, несправедливость распределения благ, антиобщественные явления» (?), то дело пошло бы лучше и быстрее. Тогда бы и социализм гляделся респектабельнее.

Но это не всё. Горбачёв, оказывается, был силён своим гуманизмом и нигде не хотел проливать кровь, а подходил к делу весьма деликатно, не допуская насилия. Ему очень хотелось всё решать по-домашнему, по-доброму, а не требовать наведения порядка жёсткими мерами. И остаться в памяти народа добрым и справедливым руководителем.

А задумывались ли когда-нибудь наемные горбачёвские умы, сколько было пролито крови за недолгий срок правления Горбачёва, сколько межнациональных кровавых стычек произошло из-за его трусости и бездеятельности? Можно вспомнить столкновения в Алма-Ате, где многотысячные массы устраивали межэтнические разборки, целясь прежде всего в русских. А кровавая схватка за воду между узбеками, таджиками и турками? А Закавказье с кровавыми погромами в Баку и Сумгаите? А Нагорный Карабах? А Тбилиси, где пролилась кровь, спровоцированная националистами Гамсахурдия? А изгнание, переселение целого народа — турок-месхетинцев? Всё это — кровавые бойни с тысячами жертв.

Когда происходили все эти события, голубь мира, каким хотят представить сегодня Горбачёва, шептал военачальникам, что надо усмирять литовцев всеми доступными средствами, и отчитывал маршала Язова за то, что тот не сумел навести порядок в Вильнюсе. Сегодня всем известно, что ни одно из кровопролитий не произошло без ведома Горбачёва. И вся хитрость его состояла лишь в том, что он тайно отдавал команды другим, делая вид, что не он, а, скажем, Патиашвили наводил порядок на улицах Тбилиси.

По сути дела Горбачёв развязал войну со своим собственным народом, с миллионами советских людей, чего никогда прежде не было и быть не могло. Эту кровавую расправу продолжил Ельцин.