Читаем Наш Современник, 2005 № 12 полностью

Мне могут возразить, что я преувеличиваю. «Поглядите вокруг, где вы видите репрессии? Партии худо-бедно существуют. Оппозиционные газеты, а не только „МК“ продают в киосках».

Возражения такого рода — результат зазора между бытовой и профессиональной оценкой явления. Обыватель (не вкладываю в это слово обидного значения), как правило, замечает то, что связано непосредственно с ним. Сплошь и рядом, к примеру, люди возмущаются «преувеличениями» журналистов: «Вы посмотрите, что они пишут, — в нашем городе гремят взрывы! Да ничего подобного. Я каждый день езжу на работу и ни разу ничего такого не видел». Слушаешь и думаешь — ну и слава Богу, что ты не видел! Взрывали на другой улице.

Отличие аналитика от обывателя в том, что он регистрирует все явления. И выявляет тенденцию.

К счастью, тенденция, отмеченная мной, пока не доминирует. Насилие потенцированно. Власть предусмотрительно зарезервировала его каквариант, какодиниз сценариев.

Тревожит то, что к нему всё чаще обращаются. Наиболее возмутительный случай произошёл на исходе лета: несколько десятков молодчиков в масках, вооружённых битами и пневматическим оружием (!), попытались ворваться в помещение столичного горкома КПРФ. В это время там проводили совещание руководители АКМ, НБП, СКМ и молодёжного отделения «Родины». Лидер нацболов Э. Лимонов сообщил: «Это спланированное нападение, и впервые там применялось огнестрельное оружие. Было множество выстрелов, всё было в дыму, масса кровищи. У нас четверо раненых» («Независимая газета», 31.08.2005).

Действительно, первый раз с октября 93-го политические споры в Москве решались с применением оружия. Нападавшие были одеты в майки с символикой проправительственного молодёжного движения «Наши». Лимонов прокомментировал: «Существует организация „Наши“ — при огромном содействии государства. И теперь смотрите, чем занимается эта организация — погромами, нападениями на людей. Где ещё в истории можно найти такой пример? Единственное: Берлин, 30-е годы» (там же).

Показательно, ловкий «МК» попытался обелить «нашистов» («МК», 2.09.2005). Да и милиция явно не спешила проявить положенное рвение — уголовное дело по невразумительной статье «Хулиганство» было возбуждено лишь через несколько дней после налёта — по настоянию думской фракции КПРФ.

Как видим, практикуют и прямой террор. Пока без особого размаха. Да он и не обязателен. Обратите внимание, на кого направлены нынешние репрессии. На тех, кто выносит протест на улицу, кто готов хоть к каким-то действиям.

Особое неистовство у стражей порядка вызывают выпады в адрес президента. Даже простое упоминание ВВП на плакате оппозиционеров провоцирует гневное требование милиционера: «Уберите плакат про Путина!» («МК», 31.05.2005).

Что же тогда удивляться реакции на «митинг-маскарад», проведённый молодыми коммунистами в Питере. Несколько десятков человек в масках президента собрались в центре города. На их майках красовалось: «Вова, домой!», «Мы отзываем резидента Путина!». О дальнейшем повествует тот же «МК»: «Как только участники акции стали выходить из автобуса, их начали мутузить (ах, как деликатничает газета! — А. К.) и срывать маски…… Задержанных препроводили в 27-е отделение милиции…… Уже там стало ясно, что акция находится на высоком контроле. Санкции на дальнейшее содержание под стражей давал глава городской прокуратуры» («МК», 2.03.2004).

Ещё более жестоко расправились с участниками пикета АКМ на Красной площади. Их «вина» состояла в том, что они развернули плакат: «Путин, пора уходить!». И попытались сжечь портрет президента. Газетчики, попавшие под горячую руку охраны, рассказывали: «Но тут подбежали люди в штатском, как оказалось, сотрудники ФСО. Нас всех, в том числе и журналистов, повалили на асфальт, стали избивать ногами» (NEWSru.com).

Достаётся вообще всем, кто выражает свой протест нетривиальным образом. Молодой рабочий из Зеленоградска (Калининградская область) на нескольких десятирублёвых купюрах поставил штамп: «Россия без Путина». Казалось бы, что такого? В конце концов Конституция отводит президенту всего два срока — в 2008-м (если режим не нарушит Основной закон) Россия останется-таки без Путина.

Тем не менее — цитирую «МК» — «сотрудники правоохранительных органов несколько месяцев рыли землю в надежде найти злоумышленника». Когда он был «изобличён», дело передали в суд. Но судья оказался принципиальным: он насчитал «шесть пунктов Уголовно-процессуального кодекса, которые нарушили работники прокуратуры», а заодно заявил, что «не намерен рассматривать дело до тех пор, пока потерпевший — „гражданин Путин В. В.“ — не явится в суд лично» («МК», 27.08.2004).