Экономический раздел сахаровского проекта отличает та же наивность и смутность представлений. Не понятно, какой тип хозяйства и экономических отношений будет в бесчисленных этнократиях и конфедерации в целом. Земля и недра, разумеется, вполне «антиимперски», становятся собственностью республики и проживающих на ее территории наций. Привлекает внимание пассаж, отражающий тогдашний пыл борьбы с уравниловкой: «Количество принадлежащей одному лицу частной собственности, изготовленной, приобретенной им или унаследованной без нарушения закона, ничем не ограничивается». А если вместо закона — президентский указ, подписанный на коленке на трапе борта? Сойдет? Этим весьма «либеральным» пунктом сполна воспользовался Роман Абрамович: «изготовил» сам, правда, лишь какое-то количество мягких игрушек на продажу, а уж нефтяную компанию «Сибнефть» «приобрел» по случаю. Свое 13-миллиардное состояние «ничем не ограниченный» в своих задумках и «правах» потихоньку сплавляет за кордон. Пафос свободы предпринимательства сахаровский проект пронизывает насквозь, но о правах наемного труда, законодательном минимуме его оплаты, о бесплатной медицине, образовании и прочих «советских пережитках» в проекте Сахарова почему-то говорится вскользь или вовсе умалчивается.

Экономические представления великого физика поразительно дилетантские, если не сказать просто вздорные. Так, в интервью он утверждал, что в СССР «национальным республикам навязывается единая структура производства». Он будто бы отрицал разделение труда между республиками Союза — самую сильную сторону советского экономического уклада. По его Конституции, сами республики должны заключать договоры товарного обмена с другими республиками — и это каким-то чудом «укладывалось» в радикально «рыночный» контекст. Особенную фобию вызывает у Сахарова китайская экономическая модель, сочетающая конкуренцию на рынках и политику «открытых дверей» с сильным государственным регулированием, властной реформаторской ролью компартии. Правозащитную «наживку», известно, Пекин не проглотил. Поэтому Сахаров безапелляционен: «…Этот путь несостоятелен, конечно, в условиях Китая. Он несостоятелен и в условиях СССР». На самом-то деле несостоятельными оказались на поверку сами дилетантские представления Сахарова о соотношении «демократии», трактовавшейся им как приоритет прав личности над интересами государства, и экономических свобод. ВВП России и Китая на старте реформ Дэн Сяопина соотносились в пропорции 1:1, а сегодня 1:5 в пользу Китая. Не оказалось-таки в Поднебесной ни своего Горбачева, ни своего Сахарова — Бог миловал.

«Тела состоят из атомов»

Думаю, сочиненные впопыхах «татями в нощи» беловежские беззаконные декларации на добрую половину — плагиат сахаровского проекта Конституции Евро-Азиатского союза. Все нелепости, заблуждения и утопии предтечи перестройки унаследовала нечестивая уния ельциноидов и этнократов. И СНГ — общий дом раздоров и склок «суверенов» — доживает последние годы. В самом «ниспровергательном» духе и несуразности СНГ сполна воплотился горячечный антикоммунистический запал сахаровского идейного наследия и его бесплодный утопизм. Слава Богу, наиболее радикальный и «чреватый» замысел сахаровского прожекта, который касается самой Российской Федерации, остался пока невостребованным. Россия покуда еще не конфедерация и не растащена напрочь по национальным квартирам, как предлагал незабвенный гуманист Андрей Дмитриевич, но неровен час…..Ошибкой и бедой талантливого физика-ядерщика Сахарова было то, что он не ведал разницы между законами движения живой, социальной материи, которая образует ткань обществ, этносов, государств, и неживой, из которой состоят физические тела и атомы.

III. Жизнь при «лучине», или «повторное порабощение»

«…Жить при лучине — это значит вообще быть без всех или большей части достижений цивилизации», — ответил академик Андрей Сахаров сценаристу фильма «Колокол Чернобыля» Алесю Адамовичу. Речь в беседе зашла о возникшем в обществе остром неприятии атомной энергетики как таковой после апокалипсической аварии на АЭС под Киевом. Тогда, в пылу гласности, неистовые популисты договорились до того, что лучше уж жить при лучине, чем под дамокловым мечом «мирного» атома.

Здравый смысл технократа