Комиссия Съезда народных депутатов СССР по расследованию тбилисских событий в составе 24 народных депутатов избрала председателя — А. Собчака и ответственного секретаря — не менее известного С. Станкевича. Как ни парадоксально, но впоследствии, вкусив власть, один — в Ленинграде, другой — в Москве, они пустились в бега: один — во Францию, другой — в Польшу. Но это будет потом, через несколько лет, а тогда они были ведущими ниспровергателями существующего строя.

В конце июня комиссия отбыла в Тбилиси и приступила к расследованию. По итогам работы было подготовлено заключение, которое подписали все члены комиссии, и доклад Собчака Съезду народных депутатов.

Нет необходимости полностью цитировать эти документы. Остановлюсь только на некоторых утверждениях и прокомментирую их. Следует отметить, что часть положений официального заключения комиссии не совпадает с тезисами выступления Собчака. Так, в устном докладе Съезду 24 декабря 1989 года он сообщал, что события 9 апреля 1989 года нужно рассматривать в контексте общих процессов национальных и демократических движений, которые происходят в стране. Таким образом, он превращал агрессивно действовавших националистов чуть ли не в героев «перестройки».

Впрочем, и комиссия была вполне снисходительна к ним. Она отмечала, «что в ходе расследования не было выявлено террористических актов, не установлены факты, свидетельствующие о реальных попытках захвата власти, случаях насилия или покушения по политическим мотивам в отношении работников советских и партийных органов».

Комиссия сделала вывод, что политическую и иную ответственность за трагические события несут секретари (к тому времени уже бывшие) ЦК Компартии Грузии — Д. Патиашвили и Б. Никольский. Ответственность за нарушения и просчеты возлагалась также на генералов К. Кочетова, И. Родионова, Ю. Ефимова. Министра внутренних дел Грузии Ш. Горгодзе, который в силу своего положения обязан был обеспечить порядок и спокойствие в городе, только немного пожурили. Для приличия упомянули и о зачинщиках и организаторах этих массовых беспорядков — Гамсахурдия, Церетели и др. Но все это было сказано мимоходом. Серьезной оценки их действиям не дали.

И в то время, и особенно сейчас, спустя много лет, стало совершенно очевидно, что комиссия заняла одностороннюю позицию.

После доклада Собчака выступил Главный военный прокурор СССР А. Катусев. По некоторым позициям он не согласился с выводами комиссии и дал им свое толкование. Может быть, поэтому Съезд и принял решение не публиковать его выступление.

Наибольшие разногласия возникли по вопросу применения саперных лопаток, использования отравляющих средств и причины гибели людей в тот день.

О саперных лопатках

Как известно, сложившееся положение потребовало ввести в действие парашютно-десантный батальон. Одна рота численностью 59 человек была в соприкосновении с толпой всего 10 минут. Командование приказало не выдавать солдатам автоматы и штык-ножи. Саперные лопатки стали единственным средством самозащиты солдат.

Командир парашютно-десантного батальона дал команду защищаться от летящих в них предметов саперными лопатками. Сообщения о том, что десантники преследовали людей, разбегавшихся по проспекту Руставели, и били их саперными лопатками, являются вымыслом. От ударов могли пострадать только нападавшие на десантников боевики. Между прочим, эксперты-медики выявили всего 7 человек, пострадавших от злополучных лопаток. Тогда как только среди десантников ранения различной степени тяжести получили 30 человек.

Об отравляющих веществах

Тбилисские медики в первые же дни указали во врачебных свидетельствах, что 12 человек погибли в результате асфиксии (от сдавливания). Вопреки этому на основании заключения патологоанатома Деканосидзе появились выводы, будто причиной смерти стало также отравление химическими веществами. Явно не научное заключение вынудило следователей допросить Деканосидзе, и она нашла мужество признать, что при описании обстоятельств гибели использовала слухи, а в выводах вышла за пределы своей компетенции. Ложность ее заключения убедительно показали высококвалифицированные эксперты. Следователи в строгом соответствии с законом получили, оформили и направили в экспертные учреждения одежду погибших. Эксперты категорически отвергли версию отравления.

Что же происходило на самом деле? Как было уже сказано, столкнувшись с ожесточенным сопротивлением, военное руководство приняло решение применить против нападающих химические спецсредства «Черемуха» и «К-51». О готовности использовать спецсредства митингующих заранее предупредили через мегафон, их в очередной раз призвали разойтись. Однако они не вняли предупреждению.