Читаем Наш Современник, 2005 № 02 полностью

Успокоившись, снова переходит на русский. На вопрос, откуда она, отвечает: «Из-под Киева, бухгалтер». Спрашиваю, не боятся ли, что производство встанет. Говорит, что в Киеве предприятия не бастуют, рабочие ходят на Майдан после смены. «А вы?» — Теряется, бормочет что-то по-украински, быстро уходит.

Ирина Витальевна — так назвалась моя собеседница — единственная киевлянка, с которой мне удалось поговорить на площади. К кому бы ни обращался, все отвечают: «Из Львова», «С Галичины». Приезжие с Западной Украины в подавляющем большинстве.

По сути это — нашествие. Оккупация столицы. Мирная, даже веселая, замаскированная чуть ли не под экскурсию.

Никогда не видел ничего подобного! Люди с флагами небольшими группками ходят туда-сюда. В возрасте, какие-то потертые, наверное, мэнээсы из обанкротившихся, но всё еще чудом удерживающихся от полного краха НИИ. Или инженеры КБ остановившихся львовских заводов. Вербовщики оппозиции отыскали их, выдали подъемные, привезли в Киев, и они, ошалев от митингов, от столичной толчеи, от весенней капели, бродят с открытыми ртами, вертя головой по сторонам.

Это «народное гулянье» в окрестностях Майдана у торопливого наблюдателя может создать впечатление, будто весь Киев вышел на улицы. Однако стоит отъехать три станции метро от центра — и оранжевая символика исчезает с воротников и рукавов. Многомиллионный город живёт своей будничной жизнью.

Но вернёмся на Крещатик. Толпу выносит к приднепровским холмам. На одном из них громада Украинского Дома из стекла и бетона. Бывший музей Ленина превращен в главный штаб оппозиции. По всему фасаду муравьиное роение. Кажущиеся крошечными фигурки снуют во все стороны.

Справа — Печерск. Кварталы правительственных зданий, банков, роскошных магазинов, парков. Тянется в гору улица Грушевского — австро-венгерского профессора, масона, главы Верховной Рады недолговечной Украинской народной республики. С Майдана доносятся усиленные динамиками голоса: «Весна в наших душах. Час победы близок!».

Вообще звуковое оформление акции (или, говоря современным языком, нейролингвистическое программирование) обеспечено профессионально. Митингующие всё время в зоне вещания. На каждом шагу их сопровождают призывы лидеров или положенные на музыку текстовки. Вот одна из наиболее популярных (предельно элементарное содержание, на мой взгляд, не требует перевода):

Не успели стихнуть динамики, как нарастает поистине адский грохот. На откосе раздетые по пояс мужики яростно лупят по бочкам, выбивая из их пустого нутра нечто отдаленно похожее на дикарскую мелодию.

А напротив работают профи. Впрочем, отнюдь не в музыкальном жанре. Армейская униформа, четкий строй, здоровенные парни с нашивками СВУ перекрыли подъезд к последнему бастиону Януковича — зданию кабинета министров. Подхожу к командиру, любопытствую, что это за формирование. «Сини вiльноп Украпни», — отвечает он, цепко вглядываясь в меня. Такая синева во взоре, такая сталь в голосе, властность в развороте плеч, в гордой посадке головы… Ни дать ни взять полевой командир. А что, может, и чеченский: у них с украинской УНА-УНСО контакты аж с первой войны. Или просто выезжал пострелять в горы, понюхать пороху, набраться опыта. Как бы то ни было, чувствуется: этот не из мэнээсов… По утверждению киевских газет, костяк СВУ составляют отставные военные, бывшие работники спецслужб, спортсмены. Случись что — такие станут ударным ядром, разящим острием взбудораженных масс…

Выше по улице напряжение спадает. Там Рада, уже переметнувшаяся на сторону Ющенко. Бросившая, по знаку Кучмы, незадачливого донецкого кандидата на растерзание оппозиции.

И снова железные голоса: динамики выставлены на улицу, идет прямая трансляция парламентских прений. Время от времени толпа, теснящаяся по фасаду, скандирует: «Ю-щен-ко!», пронзительные сигналы дорогих авто рвут воздух на три такта. Но даже вороны не срываются с черных крон старого, еще царских времен, парка. Привыкли к крикам и суете. Да и митингующие кричат в полсилы.

Борьба за президентство, за судьбу Украины развертывается сегодня не здесь. Недаром от толпы, как от разогретой солнцем почерневшей льдины, откалываются группки с оранжевыми прапорами и устремляются в путаницу печерских переулков. Там, на улице Орлика, неподалеку от мрачной громады президентской администрации светлеет четырехэтажный особняк — изящная скорлупка в стиле модерн, столь характерном для Киева начала прошлого века. Желтый кирпич и ажурная лепка, окрашенная в нежно-сиреневый. В этом легкомысленном здании размещается Верховный суд.