Читаем Наш Современник, 2004 № 04 полностью

Бэда Достопочтенный. Морестранник.

(673–735 гг.)

В своё время пошатнулось что-то в датском королевстве, а в демократи­ческой России – хуже того… На смерть Героя различные СМИ отозвались по-разному. Газета “Спецназ России”, сняв другой подготовленный материал, поставила в номер очерк Павла Евдокимова “Судьба Героя”. Приведём его в сокращении, не убоясь некоторых повторов.

“Герман Угрюмов стал вторым офицером высшего командного состава, у которого на этой войне не выдержало сердце. Первым был командующий группировкой морской пехоты в Чечне 53-летний генерал-майор Александр Отраковский, умерший в Ведено в марте 2000 года.

Теперь новая смерть… Последние два-три месяца ходили слухи, что Герман Угрюмов может стать первым заместителем директора ФСБ.

Родился Герман Алексеевич через три года после окончания войны в семье фронтовика. После школы работал на судоремонтном заводе. В 1972 году окончил Каспийское высшее военно-морское училище. Службу проходил на Каспии, был командиром корабля.

Уже в ином качестве, “на берегу”, он по-прежнему оставался моряком – и не только по званию, которое свидетельствовало о его флотском “происхож­дении”; он буквально болел морем. Его кабинет на Лубянке украшали флаги, модели кораблей и фотографии. Капитанская рубка, одним словом.

“Он… всю жизнь любил море и был связан с морем. И даже когда стал сотрудником КГБ, всё равно был связан с морем”, — скажет о нём во время церемонии прощания директор ФСБ Николай Патрушев.

Его имя стало известно широкой общественности во время суда над сотрудником газеты Тихоокеанского флота “Боевая вахта” капитаном 2-го ранга Григорием Пасько. Тот был арестован в ноябре 1997 года по обвинению в государственной измене в форме шпионажа. На защиту “эколога” в погонах были мобилизованы крупные силы западных и наших правозащитников, подключена пресса.

…Он честно выполнил свой профессиональный долг, не побоялся мощного давления со стороны “демократической общественности”. Его решительность была оценена Владимиром Путиным. В 1998 году Герман Алексеевич был назначен заместителем начальника Управления военной контрразведки, куратором флота.

Следующая ступень – заместитель директора ФСБ, руководитель Департамента по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом. Операция в Дагестане и Чечне стала его боевым крещением. Угрюмов лично отвечал за работу спецслужб на Северном Кавказе. В его оперативном подчинении находился Центр специального назначения ФСБ, в который на правах управлений входят знаменитые группы “Альфа” и “Вымпел”.

Да, он недолго “отвечал” за Чечню. Но даже за этот срок Герман Алек­сеевич сумел сделать очень многое для разгрома банд и ликвидации отдельных чечен­ских полевых командиров. То, что без боя был взят Гудермес, — это его несомненная заслуга. По имеющейся информации, именно Угрюмов убедил тогдашнего муфтия, а ныне главу Чечни Ахмада Кадырова и связанных с ним полевых командиров открыть фронт и пропустить наступающие российские войска. Нужно ли говорить, сколько жизней было сохранено в результате этого соглашения.

Под его началом сотрудники “Альфы” провели блестящую операцию и захватили Салмана Радуева. Захватили красиво – выманили дудаевского зятька в посёлок Новогрозненский и взяли прямо в постели у любовницы.

За Гудермес, за штурм Грозного и за поимку Радуева (и за другие специальные операции на территории Дагестана и Чечни) Герман Угрюмов получил Звезду Героя.

Через месяц он возглавил Региональный оперативный штаб по проведению контртеррористической операции в Чечне. Причём утверждён он был 21 ян­варя в ходе памятного совещания президента Путина с силовиками.

Помимо чисто военных дел в ведении Германа Угрюмова оказались вопросы передачи силовых полномочий от МВД и армии контрразведке, вывода отдельных частей и взаимодействия с гражданской администрацией. Фактически именно в его руках были сосредоточены все рычаги управления.

По словам главы правительства Чечни Станислава Ильясова, Герман Угрюмов был “мощным, энергичным, подвижным и даже несколько резкова­тым человеком”. В четверг рано утром он, как обычно, пришёл в свой малень­кий, наспех переделанный кабинет на военной базе в Ханкале.

“Я позвонил ему часов в восемь, чтобы посоветоваться о некоторых вопросах финансирования, — рассказывает Станислав Ильясов. – Герман Алексеевич пообещал решить всё к завтрашнему дню. Назначил мне встречу, и вдруг – такая потеря…”.

Было 31 мая. Обычный рабочий день.

“За час до его смерти, — вспоминает заместитель полпреда Президента России в Южном округе Николай Бритвин , — мы обсуждали, как будем принимать делегацию иностранных журналистов. Мы, гражданские руководи­тели, во многих вопросах подчинялись ему. Главное, что за полгода успел сделать Герман Угрюмов — это сорвать амбициозные планы террористов по захвату городов, проведению контрнаступлений и широкомасштабных дивер­сий. Это ведь при нём были здорово “почищены” полевые командиры среднего звена”.