Читаем Наш Современник, 2004 № 04 полностью

Я не помню случая, чтобы, когда он лично подключался к операции, бывали какие-то провалы. Это одна из величайших его заслуг! Благодаря ему сохранены сотни, а может, тысячи жизней.

Владимир Мирсаитович Гайн-ов:

Уже после смерти Германа Алексеевича заместитель полпреда президента России в Южном округе Николай Бритвин совершенно правильно сказал, что “главное, что за полгода в республике успел сделать Герман Угрюмов, — это сорвать амбициозные планы террористов по захвату городов, проведению контрнаступлений и широкомасштабных диверсий. Это ведь при нём были здорово почищены полевые командиры среднего звена”.

Верно, так и было. И здесь надо говорить о комплексном подходе к решению задачи, сторонником которого всегда был Герман Алексеевич. Да, нам безусловно важно обезглавить верхушку. Всем ясно, что сразу это не получится: на той стороне с нами воюют профессионалы, которые заканчивали те же военные вузы, что и наши офицеры. Бывало и такое, когда случай свёл двух бывших однокурсников по Высшей школе КГБ. Представь себе, насколько встреча была “радостной” для обоих... Тема прямо для Шекспира. Так что прав француз Жан Ростан, сказавший, что “среди ненавистных качеств врага не последнее место занимают его достоинства”.

Есть второй путь – параллельный: выщёлкивание тех, кто представляет связующее звено между верхушкой и рядовыми членами бандгрупп. Покуда верхушка не спилена – давайте обрубим сучья. И дерево начнёт сохнуть. Это обычная тактика войны. В этом и есть задача вооруженной борьбы. ФСБ решает её своими специфическими силами и методами, армия – своими.

Чем сильно государство – это системой мер, комплексным подходом к решению проблем. Рыбу можно ловить на крючок, можно бить острогой, можно поставить сетку и загонять ее туда. А у сетки бывают разные ячейки… Допустим, мы вычислили ареал такого-то полевого командира, обложили этот район и заставили его двигаться – создали ему такие условия, что на месте он сидеть не будет. А коль он двигается — значит, оставляет следы, обнаруживает себя. “Зафлажковали”, круг сужаем. А далее этот полевой командир уже играет теми картами, которые ему сдали мы, а не “рок истории”, как утверждал Станислав Ежи Лец: рано или поздно он попадётся, это уже судьба.

Одна из классических операций была проведена в Курчалоевском районе против Абу Умара, высококлассного подрывника, активного координатора, одного из сподвижников Хаттаба. С оперативной точки зрения она была подготовлена практически безупречно.

Охота за Германом Алексеевичем шла постоянная. Он в этих ситуациях использовал главный фактор – неожиданность. Всегда можно нанести упреждающий удар, если владеешь информацией. И здесь важно не повторяться. И он появлялся там, где ему было нужно и где его совершенно не ждали.

Однажды он привел в состояние шока одного полевого командира своим появлением. Тот настолько был обескуражен, что не мог сдержать своего изумления, о чём и сообщил Герману Алексеевичу. Случилось это на территории, плотно занятой боевиками. Он прилетел туда с минимальным количеством людей. Чечен закрутил головой:

— Ну, вы неожиданный человек!.. У вас горстка людей, территория вами не контролируется…

На что Герман Алексеевич спокойно ему ответил:

— Почему вы считаете, что я здесь в одиночку и что я не контролирую эту территорию?

Пока не имею права сказать о задаче, с которой он туда явился, но поверь на слово: его дерзкое появление в том селении, занятом боевиками, спасло сотни солдатских жизней.

Он говорил, что каждая операция должна быть с изюминкой: “Парни, как говорят у нас на Урале, дождь идёт не там, где просят, а там, где косят. Присмотритесь внимательно к каждой разработке: есть ли там что нового – такого, чего никогда ещё не было”. Бесцельно, наугад гонять людей, подвергая их риску, — такого он не допускал.

Павел Анатольевич Евдокимов:

По роду деятельности Герман Алексеевич редко появлялся на экранах телевизоров. Полагаю, что он был одним из самых “закрытых” руководителей в ФСБ. В его ведении находился Центр специального назначения Управления “А” и Управления “В” – “Альфы” и “Вымпела”. Сначала это был АТЦ – анти­террористический центр, затем переименовали в ЦСН – Центр специаль­ного назначения.

Одно из его выступлений по телевидению связано с гибелью трёх сотруд­ников ЦСН, это случилось весной 2000 г. Погиб один офицер из группы “А” и двое из “Вымпела”, проводя спецоперацию в Веденском ущелье: на горной тропе им подставили ловушку – замаскированный фугас. Прощались с ними на Лубянке, отпевали в храме Христа Спасителя. Офицера, который наступил на фугас, хоронили в закрытом гробу… Тело одного спецназовца отправили на родину, двоих похоронили на Николо-Архангельском кладбище.

Тогда тележурналисты зафиксировали редкий кадр во время церемонии прощания на кладбище: выступил Герман Алексеевич и сказал фразу, которую я запомнил дословно: “Террористы прислали нам “чёрную метку”, мы принимаем этот вызов!”. Это его подлинные слова. Большинство населения тогда впервые увидело, кто в ФСБ отвечает за борьбу с терроризмом.