Читаем Наш Современник, 2002 № 12 полностью

— Господь с вами, — подцепил на вилку соленый груздь Исай Савельевич. — Какие гарантии! Мы же понимаем, что это поиск. Повезет — не повезет. Получится, так благодарны будем. Не получится, так тоже не взыщем. Мы, кстати, не к вам одному с такой просьбой обращаемся. Думаю, что российские политики смогут и захотят помочь российскому бизнесу. И уже помогают, — с уверенностью добавил Губерман. — Хорошо помогают!

*   *   *

После разговора с Исаем Савельевичем Тыковлев долго раздумывал, как ему подступиться к выполнению необычного поручения. Перебирая в уме своих знакомых на Западе, он вновь и вновь приходил к выводу, что взялся за дело, которое лишь на первый взгляд могло показаться ему несложным.

Друзья и знакомые, конечно, были. Да еще какие друзья и знакомые! Министры, председатели партий, главы концернов. Сними трубку и позвони любому. Да вот только кому? Что за странная просьба у прораба перестройки, известного политика Тыковлева? Захотелось купить банк? Какой из вас банкир, господин Тыковлев? У вас есть деньги на покупку банка, на найм менеджеров? Где возьмете клиентуру? Наш клиент к вам в ваш русский банк не пойдет. Вы все хорошо продумали? Ах, вы не собираетесь сами покупать банк? Это другое дело. Тогда скажите, кто его хочет купить. Солидные люди? Мы вам верим, господин Тыковлев. Вы можете за них поручиться? Нам вашего слова достаточно, если вы готовы дать его.

А готов ли он, Тыковлев, дать слово? Положить голову на плаху ради Губер­мана? Да он его первый раз в жизни вчера видел. Кто этот Губерман? Чем занимался раньше? А вдруг сидел? Очень даже может быть. Ребята из МВД говорят, что у значительной части нынешних банкиров и предпринимателей суди­мости в прошлом. Опять же есть на это возражение: люди с предпринимательской жилкой не могли не подвергаться гонениям административно-командного режима. Хотели предпри­ни­мательствовать, а тупые коммуняки их раз — и в тюрьму. Так-то оно так. Да не так. Вор он и есть вор. Единожды начав воровать, вряд ли когда-либо остановится. Но “Коммерческий банк” — это не подпольная пошивочная мастерская прежних советских времен. Здание на Садовом кольце. Охрана, машины, сеть филиалов. Банкоматы в Кремле и в Думе. К президенту на совещания ходят. Одним словом, не контора “Рога и копыта”. Чего боишься, Тыковлев?

И все же решил Тыковлев проявить осторожность. Оно никогда не помешает. Лучше один раз струсить, чем всю жизнь отвечать за неразумно взятый на себя риск.

— Не буду я лезть высоко, — вслух промолвил Тыковлев, берясь за трубку телефона. — Да и по делу не надо этого. Не надо лишнего внимания. Бойерман. Да, Бойерман! Если возникнет необходимость, то лучше его подпустить к лордам и министрам. Пусть говорит, что действует по моей просьбе. А с меня чуть чего — взятки гладки. Я сам не звонил, не писал, не обращался. На худой конец, Бойерман меня неправильно понял.

На удивление Тыковлева, Бойерман сразу согласился. Сказал, что очень интересная мысль, что поищет подходящий объект в Германии, а может быть, и в Бельгии. В Швейцарии, пожалуй, не стоит. Дороговато будет, и  швейцарцы склочные люди. А вот Австрия — это да. Жулик на жулике. С ними договариваться проще.

“Чего это он сразу про жуликов заговорил?” — неприязненно подумал Тыковлев. Но в тему углубляться не стал.

Бойерман отзвонил дней через десять, сказал, что есть небольшой и очень приличный старый семейный банк в Баварии. Обстоятельства сложились так, что владельцу срочно нужны деньги. В общем, горит он синим пламенем, того и гляди нагрянет полиция и арестует. Немецкий банкир готов немедленно вступить в переговоры с русскими коллегами. Пусть вылетают на этой же неделе в Мюнхен. Он (Бойерман) будет встречать на аэродроме, закажет гостиницу, поможет с переводом. Вообще-то, он давно думал кончать с журналистикой. Годы, понимаете, годы! Он мог бы, однако .активно включиться в налаживание германо-российских деловых связей, поучаствовать в этом проекте. Пусть бы Саша намекнул об этом своим новым друзьям — российским банкирам.

— Скажите господину Бойерману, что его предложение принимается. Мы очень признательны ему за услуги и сумеем быть благодарны. Пообещайте ему процентов десять от сделки. Если наш план удастся, то он может рассчитывать и на место в правлении банка, — бодро инструктировал Тыковлева Губерман. — Сообщите ему, что в следующую среду в Мюнхен прилетят два наших представителя. Паспорта уже готовы, визы в немецком посольстве заказаны, билеты забронированы.

— А кто они, если не секрет? — поинтересовался Тыковлев. — Ну, один из них, наверное, вы, а другой?

— Нет, я как раз буду в эти дни очень занят, — сухо ответил Губерман. — Полетит Иткинсон. Сделку будет подписывать его банк. Так будет лучше. Если приеду я, да если подпишет мой банк, так это привлечет большое внимание. Зачем ненужные разговоры? А так все будет выглядеть рутинно. Наш маленький банк, их маленький банк...

— Боюсь, это насторожит их, — неуверенно возразил Тыковлев. — А кто второй?

— Автандил Гурамишвили.

— А это кто такой? — взволновался Тыковлев.