Читаем Наш Современник, 2002 № 12 полностью

19 июля 1980 г.

Есть память гена. И мне, как русскому, она явилась, когда я коснулся “Поля Куликова”. И я стал среди них и пережил будто снова то, что уже было со мной когда-то, 600 лет назад.

В Битве этой беспримерной, вероятно, было то, что не повторилось потом никогда. Даже в Великой Отечественной войне, чтобы за один день на такой малой территории легло столько людей.

Вчера приходил наш духовник отец Иннокентий*. Долго рассматривал прикрепленные на стене эскизы и начатые уже полотна триптиха на мольберте. В полный рост, в цвете. Говорили о князе Димитрии, Бренке, Евдокии. Ведь на холсте трое святых. Особо подробно — о Преподобном Сергии. Я сказал, что Бренк мой — это Шукшин, что это его последняя, посмертная роль. Он добавил: “Да и прощальная, судя по композиции”.

Еще я рассказал, с кого и как пишу, а по поводу Радонежского признался, что “ни с кого”, что он мне таким привиделся. Стоя перед картиной, отец Иннокентий — высокий, худой, аскетичный (в сером монашеском облачении), тонкий серебряный крест на груди — долго молча вглядывался в Его лик. Лицо в лицо. Приподнимал спокойную руку. Наконец тихо сказал: “Это он”.

Само это видение — отец Иннокентий на фоне воинов Куликова поля (верней даже — вместе с ними) было достойно стать новой картиной. Словно он шагнул к нам оттуда...

После его ухода в мастерской всегда очень светло.

22 июля 1980 г.

История человечества, полная катаклизмов — это лишь внешняя сторона его развития. Происходит и другое — накопление и развитие непрерывной сущности всего человечества — его всеобщего Духа. Это есть гордость и слава рода людского — духовность рода, которому дано себя познать, запомнить, прославить, гордиться, возвышаться, совершенствоваться, праздновать, парить, осознать, прощать, знать, пребывать — через этот всеобщий Дух. Это есть великая привилегия и мечта человечества, и высший смысл его бытия. И этот вечный Дух живет во всех нас, через наши гены. Наши эмоции, наше сознание, память, опыт, наше совершенство и талант... И все мы — звенья (потенциально) этого всеобщего духа. И тут уже от личности зависит — один не дорос до этого, так и умрет, другой — являет важнейшее звено в этой цепи. Через него совершается связь с Богом, Духом всеобщим, и его развитие, этого Духа, и его непреходящее движение вперед, к совершенству... Как интересно почувствовать себя иногда этим Звеном.

22 июля 1980 г.

Скоротечно и мимолетно чудо искусства. Нам порой хватает в музее на шедевр менее минуты, даже если мы стремились к нему годы. Что наши полчаса у любимого “Явления Христа народу”, если Иванову понадобилось на него двадцать лет? Так скоро мы решаем порой, что нам уже все ясно и нет вопросов.

И я имею сознательное и дерзкое намерение — всеми средствами задержать зрителя у своей картины, и чем? Конечно же, мыслью, замыслом, скрытой драматургией. И как средство — наполненность картины, плотность, много­плановость: заставить зрителя рассматривать ее, постепенно постигая, задержать его, дать картине возможности, скрытые в ней, — временного фактора развития, продлить мгновение для того, чтобы зритель еще и еще возвращался к истокам и снова проживал мою картину. Вот как.

23 июля 1980 г. (Запись Ирины Ракши)

Сегодня у нас были Дангуловы15. С. А. говорил высокие вещи, в восторге от картины. Сидели в мастерской в креслах перед “Полем”, долго молчали. В восторге и от “Настроения” (Валя прислала из Уфы)16, Юрочка устал. Сейчас пришли домой из мастерской. Он говорит: “Я не причастен к миру вещей, — смотрит на мебель, — они от меня совершенно отделены. Знаешь, меня в прошлом году поразило в Пари­же — причастность, привязанность человека к вещи. Когда целая жизнь определяется вещами. Это фетиш: все для вещей. И только перед смертью человек понимает, что глубоко обманут. Вещи жестоко покидают его, отделяются. И то, за что он боролся всю жизнь, оказывается чуждым его сути... Но происходит и другое. Родственники жадно набрасываются на вещи, думая, что это продолжение жизни, процветание, достаток, — это новый фетиш. И круг продолжается. И только перед смертью вновь — жуть разочарования... Всю жизнь некоторые прячутся за вещь. Вещь как выражение достатка и влияния в обществе. И только смерть все обнажает”.

24 июля 1980 г.

Дух наш находится с плотью в неравной связи. Дух всемогущий, который может проникнуть в великие тайны, привязан к жалкой плоти. И надо быть именно духом, чтобы эту связь принимать как должное. И все же в пределах плоти он успевает сделать очень многое. Как бы все время обманывая ее.