Читаем Наш Современник, 2002 № 06 полностью

Говоря о подвижнической роли Е. С. Савченко, конечно, нельзя не сказать и об огромном вкладе в организацию всех работ, в сбор средств и пожертвований на возведение мемориального комплекса еще одного истинного патриота страны — Николая Ивановича Рыжкова, который, как и губернатор, дневал и ночевал на стройке. С той поры благодарные белгородцы каждый раз избирают его своим депутатом в Государственную Думу, и альтернативы тут ему, как говорится, не предвидится. А недавно бывший председатель Совета Министров СССР подарил культурному центру комплекса 10 тысяч книг из собственной библиотеки. И теперь местная библиотека — редчайший для нашего времени случай! — официально именуется «Библиотека Н. И. Рыжкова”.

К весне 1995 года все работы в основном были завершены. И уже 26 апреля Указом Президента России был создан Государственный военно-исторический музей-заповедник «Прохоровское поле”... Теперь здесь каждый год 9 мая с участием ветеранов, многочисленных гостей из других регионов, соседних стран воскрешается память о тех великих огненных годах и склоняются головы перед светлой памятью погибших воинов России и Советского Союза.

Вообще надо сказать, что при Савченко за 8 минувших лет Белгородчина заметно повысила свой социальный статус и политический вес — о ней и о губернаторе часто говорят, много пишут в центральных СМИ, область приводят в качестве примера как полигон наиболее продуманных и выверенных реформ, которые уже сегодня дают позитивные результаты во всех сферах жизни. И все чаще именно на Белгородчине “прописываются” такие социально значимые меро­приятия, которые из масштаба “местных” быстро вырастают до статуса все­россий­ских и даже международных. Приведу по этому поводу только один факт.

До 1997 года жило-было на самой границе с Украиной ничем не примеча­тельное село Хотмыжск, пока здесь не собрались однажды представители трех славянских государств, чтобы принять участие в освящении Патриархом Московским и всея Руси Алексием II восстановленной Воскресенской церкви и колокола, получившего название Колокола Единения. Казалось бы, обычное событие для нынешнего времени, но Савченко увидел в нем нечто большее, и через несколько месяцев на этой земле состоялся первый фестиваль славянской культуры “Хотмыжская осень”.

Теперь такой фестиваль проходит ежегодно, и он стал не просто между­народным, а прежде всего настоящим праздником дружбы и единения славян. Раньше в нем участвовали только представители России, Украины и Беларуси, а в 2001 году к ним присоединилась и делегация многострадальной Сербии.

Все бы хорошо, но вот незадача: многие российские СМИ в упор не замечают этого массового фестиваля, в котором участвует не столичная богема, не политическая элита, а простой народ — тот самый, который, как утверждает Савченко, “границ не признает”. И невольно задаешься вопросом: почему? Уж не потому ли, что фестиваль славянской культуры? Уж не потому ли, что здесь набатно звучит призыв к единению славянских республик?

СОЦИАЛЬНОЕ САМОЧУВСТВИЕ?

УДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНОЕ!

В октябре 2000 года “Известия” опубликовали любопытные исследования Центра политических технологий, которые, на мой взгляд, наиболее объективно отражают общественный и иной вес региональных руководителей и не имеют ничего общего с конъюнктурными рейтингами “Независимой газеты”. По сумме четырех номинаций белгородский губернатор в сводной таблице итогового рейтинга влияния занимает одиннадцатую строку, оставив позади многих известных “политических тяжеловесов”.

Но самое ценное и наиболее показательное в этом исследовании — рейтинг социального самочувствия регионов, которые они возглавляют. Иначе говоря, показатель уровня жизни и настроения населения. В этой важнейшей номинации Белгородская область занимает почетное третье место, уступая только благо­получной по известным обстоятельствам Москве и нефтяной Тюмени.

Объективности ради надо сказать, что Белгородская область по своему культурно-хозяйственному развитию была далеко не последней и в советские времена — так что Е. Савченко досталось отнюдь не запущенное хозяйство. Впрочем, мы знаем немало примеров того, как благополучные прежде регионы из-за некомпетентного руководства и откровенного разграбления ныне влачат полунищенское существование. Савченко же распыла области не допустил, исповедуя на начальном этапе реформ, когда народное хозяйство страны уничто­жалось целенаправленно, стратегию выживания. А позже, когда этап хищни­ческого передела собственности в основном закончился, стратегию выживания заменил на стратегию развития.