Читаем Наш Современник, 2002 № 06 полностью

За день до моего отъезда они въехали. Я вздохнул, переночевал в доме одну ночь и уехал, забрав из дому все деньги — 17 рублей 70 копеек. Так кончился отпуск, лето, единственное лето за последнее десятилетие, в которое я собирался как следует отдохнуть. Без энтузиазма смотрю на мерцающие впереди огоньки учебы и скромных студенческих радостей. Я очень и очень устал. Не хочется сейчас ничего — ни думать, ни просто жить. Материя не хочет цвести — уже осень. Самое драгоценное в природе — цветущие, мыслящие клетки загублены холодными туманами, отмирают тихо и незаметно. Это настроение пройдет — я знаю. Будет весна — самая лучшая весна на земле! Я отдохну, поправлюсь, выживу во что бы то ни стало — я хочу видеть весну, когда люди не станут воевать, все будут равны, у всех будут квартиры и обед. Хочу дожить до коммунизма, когда не будет Ковтуненко, Островских (как обидно, что любимый человек моей юности носил эту же фамилию), не будет Журавлевых и Сильченок. Свекрови, конечно, останутся — но они будут лучше, наверное.

*   *   *

8.7.56 г. Много лет прошло с тех пор, как я забросил дневник. Сейчас понимаю, что это было большой ошибкой. Дневник — это хорошая опора в жизни. Учитель, друг, советчик. Узел, которым ты привязан к современности, мостик в прошлое и будущее.

Но до сих пор не знаю, как писать дневник. Подробности личной жизни, мелочи — как сморкнулся, чихнул — ни к чему. Я перечитывал однажды свои детские дневники — мало что можно оттуда взять. Но вспоминая события, которые шли рядом с моими цыплячьими, понимаю, как много я растерял хороших, прямо-таки бесценных наблюдений, фактов, картин, людей, мыслей. Да, мыслей! Потому что я был нечестен тогда (я это говорю сейчас с откровенностью и откровением).

О честности в дневнике. Тяжелая это и трудная чрезвычайно штука. Ведь как писать? У каждого человека есть в мыслях что-то неудачное, плохое, темно-тягостное. Писать об этом? Не писать? Если писать, то вдруг кто-нибудь прочтет (в общежитии это может быть)? А главное — зачем это писать, какой смысл и польза будет? Но если не писать — значит, ты не полностью честен даже перед самим собой (в дневнике)?

Борис Полевой пишет деловой дневник. Он ежедневно достает свои записные книжки и мелким почерком переписывает в толстые переплетенные тетради все, что он узнал, увидел, услышал, почувствовал за день применительно к своей общественной, литературной, журналистской работе. Скрупулезность там, говорят, умопомрачительная. Например: “Этого человека звали Сайрус Итон. На нем был смокинг, блестящие, черные, остроносые штиблеты, галстук серенький, заколотый булавкой с перламутровой пластинкой наверху. У него рыжие усы, белесые брови, водянистые глаза, лицо в тяжелых морщинах. Он горбится и т. д. и т. п.” Так ли надо писать? Не знаю.

Некоторые считают, что надо вести дневник литературный. Я не представляю ясно, что это такое, но думаю, что это тоже подсобное для литератора вместилище дневных впечатлений, трансформированных в разрезе его литературных норм, понятий, целей. Неизвестно, лучший ли это способ.

Найдут ли место в дневнике острые мысли, слова, анекдоты. Найденные и подслушанные афоризмы и каламбуры — большая радость и кое-что дают потом для работы. Чудесный пример в этом плане дают дневники Ренана. Но это тоже не идеал дневников. У меня для этой цели — записные книжки, которые я таскаю везде за собой много лет. А были дневники, которые писались специально для истории, т.е. для других людей. Тошнотворная поза, ложь — вот что такое эти дневники. Некоторые оттачивали стиль...