Читаем Нарушитель полностью

— Когда убедился, что я — это я. Давать информацию не стал, зато предложил мне взорвать Подземного Папу. Вообще, судя по разговору, у него не совсем в порядке психика. Он слишком заклинился на идее диверсии. Не мешало бы Илою еще раз его обследовать.

— Учтем. Как ты думаешь, не попробовать ли мне еще раз с ним поговорить?

— Скорее всего, он опять будет молчать.

Бригадир поразмыслил немного.

— Что поделаешь, — сказал он. — Через неделю придет челнок, отправим его в Адапторий. Может быть, не все потеряно, и позже он заговорит.

— Я тоже на это надеюсь.

— Поживем-увидим. Ну, как твое настроение? Завтра тебе идти вниз.

— Нормально, бригадир. Я в порядке.

— Верю, сынок, — Тормек легонько потрепал Арча по плечу. — Ты справишься, я знаю.

Поколебавшись, Арч достал из кармана блокнотик.

— Если у вас есть время, я хотел бы обсудить одну идею, — начал Арч. — Вообще-то она у меня появилась давно… Это касается Подземного Папы.

— Слушаю тебя.

— В наших расчетах надежности не исключена ошибка. Мы ведь исходили из параметров обычной квазинейронной схемы с мощным центральным процессорным блоком. Так? Но ведь в принципе возможна и другая система, из жестких параллельных логических цепей, которые поддаются дублированию и контролю по принципу простейшей эховой связи. Если предположить, что Подземный Папа устроен именно так, многое объясняется проще простого.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался не на шутку Тормек. — Давай дальше, сынок.

— Значит, так. Система с такой архитектурой намного надежнее, минимум на четыре порядка. С другой стороны, она очень громоздка и неэффективна. То есть, получается медлительный великан, решающий только элементарные статистические задачи. К многогранному анализу и моделированию перспективы он напрочь не способен. У этой гипотезы есть косвенные подтверждения.

— Например?

— Например, постоянные накладки с выборкой лимитов. То одного не хватает, то другого, то третьего. Или, скажем, все лавки завалены мылом, одним мылом, и больше ничего нет. А то вот еще всюду полно фонариков, зато батареек для них не сыскать. Народ поговаривает, что это окружные попечители дурят или заводы куролесят. А теперь я уверен, именно это как раз в порядке вещей. Иначе просто быть не может, если всем ведает подобный компьютер. У него одна логическая линия для болтов, другая для гаек, каждая сама по себе, и они нигде не пересекаются. Поэтому он наслаивает ошибки одну на другую, потом исправляет их задним числом, а в сущности, наугад. Получается вроде стрельбы по бегущей мишени, но без упреждения. Вроде прицел правильный, а все пули идут мимо. Такая картинка.

— Интересно. Очень интересно, сынок, — похвалил бригадир и хитро сощурился. — Заодно объясни, пожалуйста, как в такой системе может возникнуть лавинный сбой, который предсказывал Кумурро.

— Понимаю, куда вы клоните, — ничуть не смутился Арч. — Такой компьютер мало чувствителен к неполадкам. Собственно, других преимуществ у него нет. И если я угадал, то именно поэтому до сих пор не случилось лавинного сбоя. А Кумурро вполне мог заблуждаться насчет Подземного Папы, ведь он занимался чистой теорией и доступа к самому компьютеру не имел.

— Да, убедительно… — подтвердил Тормек. — Мы считали, что Подземный Папа — неслыханное изобретение, последнее чудо техники. Никто и не предполагал, что он может быть всего лишь шагом назад, к примитивным, архаичным схемам.

— В том-то и дело. А вот мои расчеты, — Арч протянул бригадиру испещренный формулами блокнот. — Приблизительная оценка мощности, надежности, габаритов. Кажется, все цифры реальны. И парадоксом Кумурро здесь даже не пахнет.

Тормек бегло просмотрел записи, одобрительно хмыкая и покачивая головой.

— Похоже, ты и впрямь разгадал загадку, — сказал он наконец, возвращая блокнот. — Молодчина. Как это тебя осенило?

— Совсем случайно. По дороге в космопорт, еще на Альции. Я подумал, что у автопилотов есть жесткие дублированные цепи с шаговой эхо-связью. Их надежность почти абсолютна… Разработал модель, обсчитал, вроде бы сошлось.

— Молодчина, — повторил Тормек. — Ничего не скажешь. Внеси, пожалуйста, эти заметки в бортовую память. Я на досуге еще раз посмотрю.

Не успел он закончить фразу, как раздалась приглушенная трель. Бригадир повернулся к пульту и нажал одну из бесчисленных клавиш.

— Тормек на связи.

— Бригадир? Здесь Грахкаан, — на центральном мониторе появилось широкоскулое усатое лицо.

С командиром второго подводного поста Грахкааном, жизнерадостным добряком и балагуром, Арч познакомился, когда вызволял Тила с каторги.

— Что стряслось, Грах?

— Стою на перископной глубине. Примерно в ста дилах к восходу вижу надувное плавсредство. На нем трое в каторжных робах. Полагаю, беглецы.

— Так. Что еще?

— Их надувашка просто дрейфует. Грести не могут, видимо, истощены. Кроме них, в квадрате нет никого.

— Понимаю. Хочешь взять их на борт.

— Да, бригадир. Иначе у них нет никаких шансов выжить.

Тормек откинулся на спинку кресла, размышляя над услышанным.

— Бригадир? — позвал Грахкаан, вглядываясь в свой расфокусированный экран.

— Я здесь, — откликнулся тот. — Не торопи.