И опять беда прикочевала вслед за булгарами: враги разрушили и разграбили их новый город, многих поубивали, а кого в плен увели, на чужбину. И тогда один смелый богатырь по имени Йсхан–бек сказал: «Пойду–ка я на реку Зай, родину моих предков, убью дракона, и тогда мы снова поселимся там».

Так он и сделал. Вернулся он в родные места, смотрит: а дракона–пожирателя давным–давно нет. Обрадовался он, позвал своих соплеменников, и закипела здесь снова жизнь, возродился старинный город Заинек.

ПРЕДАНИЯ О КАЗАНИ

Однажды один богач велел своему работнику натаскать воды в бочки, для полива огорода. Работник схватил в руки медный котел (а по–татарски котел называется «казан») и побежал на речку, берег которой был очень крутым и неудобным. Попытался работник зачерпнуть воду котлом, да не тут–то было: выскользнул котел из его рук, упал в воду и утонул. Вот после этого и стали называть ту речку Казанкой, а город, построенный на ее берегу, — Казанью.

А другие, знающие люди, утверждают, что все было совсем не так. А как? Вот послушайте.

Хан Аксак Тимер решил захватить один булгарский город. Долго воевал он с горожанами, осажденными в крепости, однако победить мужественных защитников так и не смог. Решил хитрый хан тогда: узнаю–ка я секрет, почему мои бесстрашные воины не могут одолеть этой крепости.

Переоделся хан нищим, пробрался в город и попросился переночевать у одной старушки. Не зная, кто ее гость, та и проговорилась:

— Аксак Тимер никогда не захватит наш город силой, а сможет одолеть булгар только хитростью. Вот, например, если он догадается сманить из города всех голубей, да привяжет к их лапкам тряпки, подожжет их и отпустит, тогда голуби прилетят к своим домам, возвращаясь в свои гнезда, — вот тогда и сгорит город, и тогда сможет хан Аксак Тимер победить булгар.

Обрадовался Аксак Тимер и решил послушаться совета старухи. Старушку же пожалел, велел ей взять свои вещи и следовать за ним. Вывел ее из крепости и приказал:

— Поселись там, где под казаном сам собой зажжется огонь.

Догадалась тут женщина, какая беда по ее вине случится, но уж поздно было. Ничего ей не оставалось, как повиноваться хану. Забрала она свой казан, собрала пожитки и отправилась в путь. Долго шла она, устала и остановилась передохнуть. Поставила казан на землю, и тут под ним вдруг сам по себе вспыхнул огонь. Осталась она жить на этом месте, как велел ей хан Аксак Тимер. Рядом с нею вскоре поселились другие люди из разоренного города, и мало–помалу вырос целый город, который и назвали Казанью.

Так ли было, не так, — а рассказывают предания. А славный город Казань вот уже много веков отражается в зеркале великой реки — Идели–Волги.

ПОЧЕМУ КАЗАНЬ ПЕРЕЕХАЛА?

Через сто четыре года Казань переехала со своего первоначального места. Почему? Предание так говорит об этом.

Один богатый житель древней Казани или Иски–Казани, как ее звали, держал пчел в лесу на Джелан–тау (Змеиной горе), где стоит нынешняя Казань. Отправляясь осматривать улья, он часто брал с собою свою красавицу дочку, которой сильно полюбилась эта гористая лесная местность на берегу Волги. Татарочка выросла, вышла замуж, и вот что с нею раз случилось: по обычаю всех восточных женщин она ходила сама на реку за водою; как–то раз поднимается она с тяжелым кувшином на плече на крутой берег Казанки и принимается бранить того хана, которому пришло в голову построить город на такой крутизне. Слова ее были кем–то подслушаны и донесены царствовавшему тогда хану, одному из потомков основателя древней Казани. Он потребовал к ответу дерзкую молодую женщину, но она не растерялась.

— Что говорила, то говорила, — моя вина, — отвечала она. — А что правда, то правда: дед–то твой ведь небось не сам по воду ходил, так и не знал он, каково нам, грешным, тяжелые кувшины на такую кручу таскать.

— Ну а где же, по–твоему, город надо было выстроить? — спросил хан, смягченный красотою и смелостью молодой татарки.

— Да хоть бы там, где пчельник моего отца, на Джелан–тау, — отвечала она.

— А кабаны да змеи, которых между Казанкою и Булаком (реки, при слиянии которых находится Джелан–тау) столько водится? — возразил хан.

— А наши колдуны на что? Не справиться им разве с этими гнусными тварями? — с уверенностью отвечала татарка.

(По понятиям мусульман, нет твари гнуснее кабана или дикой свиньи, мясо которой признано Магометом поганым и вредным.)