Читаем Начало полностью

Завтра парня уже должны выписать из больницы…, или послезавтра? Чёрт их разберёт с этими врачами. То завтра, то через неделю, то лекарства не завезли, пациента в итоге в морг увезли.

Сегодня у Бульдозера был выходной, и он собирался навестить дочку. Она в Новосибе, радость и отрада на старости лет, в институте сейчас учится. Эх, хоть один человек из семьи нормальную жизнь проживёт. Отец в зоне помер, мать вообще не знал, брата менты забили до смерти, дядя в СИЗО от туберкулёза умер. А! Что вспоминать…, хорошо хоть догадался, оформил на девочку кой-какой бизнес, денег в банке положил, за учёбу заранее заплатил. Времена нынче неспокойные. Мамедова вот грохнули на зоне. От банды его живых считай никого не осталось. И ведь кто зверей-то расшугал? Менты! Дожили блин. Только сунулись на освободившуюся территорию и вот те на — наряд приезжает. Денег не берут, наглые, ведут себя как ушлые уркаганы из юности Бульдозера. Подмяли они точки Мамеда под себя. Мир сошёл с ума…, и Бульдозер уже не надеялся умереть своей смертью. Главное пока ещё держится. И о дочке позаботился, а там как масть пойдёт…

Открылась задняя дверь.

Закрываясь, хлопнула. Бульдозер всё ещё смотрел на дорогу. Услышанное никак не могло состыковаться с сознанием. Он даже на спидометр посмотрел — 140 километров в час. Ну, скоростное шоссе, вот и гонит так…, показалось, конечно же. Бульдозер глянул в зеркало заднего вида и чуть не выронил руль. На заднем сидении сидит мужик. С красными глазами.

— Это, ты там аккуратно. Разобьёмся же нахрен. — Сказал мужик, и Бульдозер ощутил, как в горле пересохло. Киллер! И сидел в машине с самого начала, а сейчас появился…, только вот в машине пусто было, он помнил чётко. И этот звук открывшейся, да закрывшейся двери, на скорости в 140 километров в час… — Я Штык. Лёха. А ты Карган, я не ошибся?

Не смог он ничего сказать. Попытался, но горло перехватило. Головой отрицательно мотнул.

Бульдозер попытался взять себя в руки и начал останавливать машину. Съехал на обочину.

— Как не Карган? — Изумился мужик на заднем сидении. — А кто тогда?

— Б-б-бульдозер. — Наконец сумел он выдавить из пересохшей глотки. Машина остановилась. Бульдозер повернулся и, оскалившись, потянул руки назад. Ухватил тщедушного парня за грудки и…

— Вот дерьмо. — Штык перебрался на переднее сидение. Пощупал пульс мужика. Вроде живой. На лбу синяк какой серьёзный будет, вон, уже всё красное, след от казанков видно. — Фух, живой.

— Эй. — Штык потрепал Бульдозера по щекам. Тот слабо застонал, вроде приходит в себя. — Уважаю, слушай. Я ж думал всё, убил. А ты живой. Реал мужик. Мне это поговорить надо.

— Ты кто такой. — Простонал Бульдозер, почти очнувшись. Перед глазами плавали разноцветные круги, жутко ломит голову и шея болит…, чем это его? И как? Не заметил даже. Он глянул на заднее сидение. Нет больше никого. Этот парень один…, кажется, или у него глаза красные?

— Штык, я ж говорил. — Парень открыл бардачок и на колени ему выпали два новеньких серебристых шестизарядных кольта. Он отпрянул, задрал руки к потолку и вот в такой позе на мгновение застыл. Глаза круглые стали. Бульдозер воспользовался моментом и выхватил пистолет из наплечной кобуры. Сунул дуло под бок парня.

— Вот так сучонок и сиди. — Рыкнул он. — Кто такой, кто послал? Говори блять, а то пристрелю!

— А стреляй. — Вдруг улыбнулся ему чело…, Бульдозер вмиг побелел, головокружение, боль во лбу, всё схлынуло в один миг — изо рта парня полезли четыре блестящих острых клыка, а глаза буквально засияли! Он не хотел стрелять, но тут просто не смог себя контролировать. Пистолет выплюнул пулю. В боку парня появилась внушительная дыра. Дверь не пробило — пуля осталась внутри. Сейчас он упадёт замертво или воя от боли, но…

— Ты почему не умираешь? — Сам понимая, как глупо это звучит, пробормотал Бульдозер.

— Не охота мне. — Ответил человек, уже с нормальными, человеческими челюстями. — Да нафиг умирать, согласись? Жить-то оно всё круче, да?

Кивнул головой как-то на автопилоте. Пистолет убрал. На рану стал смотреть. Кровь больше не идёт. Да и раны уже нет. Вон, кожа чистая. Розовенькая даже.

— Что ты такое? — Бульдозер потихоньку стал нашаривать ручку двери — валить! Билась в мозгу всего одна мысль. Усыпить бдительность и валить!

— Вампиры мы. — Печально вздохнув, поведал Штык. — Веришь? — Бульдозер кивнул. Теперь всё встаёт на свои места…, солнце, ведь солнце? Он глянул в окно, лучи пробиваются сквозь стекло, падают на вампира, а он не загорается чего-то.

— Это сказки всё. — Будто мысли прочитав, вампир махнул рукой в сторону солнца. — Я кстати загорать люблю. Если не под кайфом.

— Что тебе нужно? — Что ещё вампирам нужно? Бульдозер сглотнул, невольно прижал плечо к шее — вдруг прямо сейчас как кинется и кусать начнёт, да кровь из него высасывать?

— Это, дверь не дёргай, а то снова по рогам получишь. — Штык посмотрел на плечо авторитетного человека. — Чего с плечом? Болит, вывих? Во, давай вправлю. Я в кино видел как надо.

— Н-не надо. — Поспешно расправив плечи, ответил Бульдозер. — Ни чё не болит, нормально всё.